Плечи уже, мышцы видно, но они не так прокачаны, как у НЕГО, кожа светлее и совсем нет волос на теле.
– Рома, обними меня, – зажмуриваюсь, борясь с подкатывающей паникой.
Мужские руки поднимают меня, несут на кровать. Я не перестаю целовать его в шею, гладить руками. Хочу утонуть в нем, раствориться, чтобы вытеснить из сердца, из головы надоевший образ.
Рома трясущимися руками снимает с меня лифчик. Буквально пожирает глазами грудь, касается ее, слегка сжимает, пощипывает сосок. Я пытаюсь максимально расслабиться, но чем больше думаю об этом, тем сильнее зажимаюсь.
– Рома, возьми меня уже… – молю я.
– Да – да, сейчас, Катенька, сейчас, – он торопливо стягивает с себя боксеры. Свои же трусики я сама снимаю.
Откидываюсь на подушки, тяну парня на себя. Чувствую, как в бедро упирается твердый член. Еще пару секунд и все. Я изменю ему. Освобожусь и забуду.
– Ты такая красивая, Катя. Хочу тебя… – тянет он, прикусывая сосок.
Его рука опускается на промежность, пальцы пытаются раздвинуть складки, чтобы проверить мою готовность.
Господи, да кому и что я пытаюсь доказать. Кому это надо? Зачем? Мне? Чтобы сгорать от стыда на утро?! Или Андрею?! Да срать он на меня хотел! Наверное, уже и имени моего не помнит.
Да и чего греха таить, не хочу я никого после него. Рано еще. Еще даже рана не зарубцевалась.
– …Катя?.. – голос Ромы проникает в мое сознание не сразу, понимаю, что он уже не в первый раз зовет меня.
Я соскакиваю, на ходу натягиваю на себя трусы и лифчик. Как ошпаренная вылетаю из спальни, чтобы схватить валяющиеся на полу гостиной джинсы и свитшот.
– Катя, что случилось? – парень хватает меня, прижимая к себе, – почему ты уходишь?
Я вдруг сдуваюсь как лопнувший воздушный шарик. Слезы душат, я их не сдерживаю, они ручьями бегут по лицу, капая с подбородка Роме на грудь.
– Я… я… не… могу… Не могу… понимаешь… – пытаюсь объяснить, – прости, пожалуйста.
– Я обидел тебя?.. Больно сделал?.."
"– Нет, Ромочка… все замечательно… – реву я, – просто… просто… мне так хреново… Рома… так плохо без… него… я не готова… я не могу…
– Ты же сама хотела…
– Прости, прости, пожалуйста!..
– Это все из-за него? Из-за твоего бывшего? – расстроенно говорит он, – Ты все еще любишь его, да?
Я молчу, не решаюсь откровенничать с ним, ни к чему Роме знать, что речь не о Владе вовсе.