- Сухая сучка… Хочешь сказать, что не ждала меня? - Прохрипел Алекс, жестко тараня меня между ног и причиняя боль там, где было нежнее всего. - Я про тебя, тварь, не мог забыть!
И зубы снова вонзились мне в шею, словно он был вампиром, нет, хуже, волком, который едва сдерживается, чтобы не разорвать меня на куски.
- Не мог забыть, даже когда лучшие бляди раздвигали ноги передо мной!
Алекс нащупал шершавой подушечкой большого пальца мой клитор и принялся терзать его, словно от силы нажатия я должна была немедленно возбудиться.
Рука его сползла с моего горла, откинула ворот халата, и он стиснул мою грудь с той же жестокостью, с которой насиловал меня пальцами. Выкрутил сосок, рыча мне на ухо, а потом шлепнул ладонью по коже. Я вскрикнула от боли, но его это только раззадорило:
- Не нравится тебе? Не нравится, сука? А мне, думаешь, понравилось, когда у меня хер не встал ни на одну из этих сочных шлюх?
Что он говорит?!
Я на мгновение даже забыла о том, что у меня по щекам текли слезы обиды и боли, так сильно я удивилась.
А Шалаев всегда был готов, когда бы я ни прикоснулась.
Я на мгновение шатнулась к нему, прикоснувшись спиной, но через пушистый халат не почувствовала, стоит ли у него.
- Развлекалась тут без меня, удовлетворяла свою ненасытную натуру?!
Алекс развернул меня к себе, буквально напал губами на мои губы и истерзал их укусами и засосами.
- Нет… - тихо сказала я. - Училась.
Страшно было разозлить его еще больше. На всякий случай я все это время даже не прикасалась к пульту телевизора и вообще сидела или на кухне или у себя в комнате.
"- А если проверю? - Алекс снова неприятно ухмыльнулся и с жадностью облапал мою грудь так, что я даже вскрикнула. От моего голоса глаза его вспыхнули и он с голодным рыком набросился на мгновенно затвердевший под его губами и языком сосок. После жестокости и боли, нежный язык, обнявший его влагой и теплом, создал такой внезапый контраст, что у меня подкосились ноги от горячей волны, разбежавшейся от низа живота.