Быть матерью - это самая тяжелая работа на свете, но в то же время ничто не приносит столько счастья, сколько материнство. Несмотря на трудности и бессонные ночи с Андреем, я мечтала об ещё одном ребёнке. Очень хотела дочку. И три года назад у нас с Вовой родилась девочка.
Машенька с пеленок была всеми любимой принцессой. Егор, который когда-то не хотел сестру и очень радовался рождению братика, целовал Машу в щечки, с удовольствием качал на руках и ходил с ней на прогулки. Андрюша тоже души не чает в младшей сестренке.
Я счастлива, что у нас дружные дети, несмотря на разницу в возрасте. Егору сейчас восемнадцать, Андрею семь, Маше три. Егор для младших, безусловно, образец и пример для подражания. Особенно у Андрея. Он все за Егором повторяет. Маша тоже очень тянется к Егору.
Сын Вовы здорово помогал мне с детьми, когда они родились. И Андрея, и Машу я могла спокойно оставить на полчаса-час с Егором, а сама пойти в ванную или по делам.
У Вовы вырос хороший сын, которым поистине можно гордиться. Он окончил школу с золотой медалью и поступил на бюджет в первый мед. Планирует стать нейрохирургом. У меня с ним прекрасные отношения. Я не разделяю детей на «своих» и Егора. Когда кто-то спрашивает, сколько у нас с мужем детей, отвечаю: трое. Сначала я так делала, потому что это было быстрее, проще и удобнее, чем объяснять посторонним людям правду. А потом поймала себя на мысли, что абсолютно не считаю Егора чужим.
А однажды Егор назвал меня мамой.
Мы водили детей в детский центр развлечений. Провели там полдня, очень устали и, когда уходили, я забыла на столе в кафе телефон.
- Чей телефон? Кто оставил? - громко заголосила администратор.
Я была с младшими детьми на выходе и даже не поняла, что речь про мой мобильник.
- Это моей мамы, - ответил Егор, который ещё не успел далеко отойти от столика."
"Я так и застыла на месте, услышав это.
- Ян, ты телефон забыла, - подошел ко мне и протянул мобильный.
- Спасибо, - промямлила.
Взяла айфон, бросила в сумку, повернулась к младшим хныкающим детям, засеменила к коляске, чтобы посадить Машу. А у самой в голове на повторе звучало: «Это моей мамы». Меня как кирпичом пришибло. Я ведь даже не пыталась никогда заменить Егору мать. Я старалась быть ему другом.