Мне же казалось самым адским испытанием на прочность ощущать запах мужчины так близко, его теплое сбивчивое дыхание и пронзительный взгляд, ничего при этом не делая.
Почему-то именно сейчас сознание решило дополнить мою картотеку памяти ночными подробностями. И вот уже места, которые вчера целовал Грант или просто прикасался, начали гореть, словно на них вылили раскаленный воск.
Комната замерла, воздух в ней застопорился. Никто не решался сделать шаг первым. Наши желания зависли в невесомости, а искры взрывались над головами.
"— Алиса… — хриплый голос разрушил молчание и сделал его еще более тревожным. Для меня. А рука мужчины осторожно прикоснулась к щеке, которая утонула в светло-русых прядях, чтобы убрать их за ушко. — В общем, ты не все знаешь о вчерашнем вечере.
Как же хотелось закрыть глаза и забыть обо всех проблемах и предрассудках. Чтобы мы вдруг оказались героями какой-то романтической комедии, где проблема лишь в том, что мама не пустила на дискотеку.
Разум кричал: если между нами что-то произойдет именно СЕЙЧАС — ничем хорошим это не закончится. Интуиция согласно кивала. Нервы сдавали, а желание поступить, как маленькая девочка с гордым: ""Хочу!"", качало свои права.
Тем временем, пока внутри меня кипел выбор ценою в наше будущее, Грант продолжал играть с прядью волос, пока глаза неизменно смотрели на меня. В них было столько желания, восхищения, обожания, но и муки, с какой-то очень осязаемой горечью.
— Черт, я не знаю, как рассказать тебе это и не выглядеть полным идиотом… Но по-другому поступить просто не могу! — под конец фразы голос мужчины немного осип и тот, слегка прочистив горло, прикрыл глаза и решил выложить все карты: — Вчера в ""яблоке"" мы с тобой…
Это было выше меня! Шок! Испуг! Растерянность! Секундное оцепенение!!! Что делать? Как поступить? Как не дать мужчине загнать нас обоих в безвыходный лабиринт чувств? Я так не хочу терять родного человека и прибавлять тому еще больше проблем!
И я… кинулась ему в объятия.
— О, Детка? — Марк немного растерянно замер и не без радости ответил на мои крепкие объятья. Его подбородок уперся в мой лоб, когда он снова начал говорить.