— Спасибо, но я стараюсь не получить здесь сердечный приступ.
Мы оба рассмеялись в неуклюжем, небрежном поцелуе.
— Тебе хорошо? — спросила она.
— Это рай. Идеально. — Я вдохнул, выдохнул и повторил это действие, как будто оно было для меня в новинку. — А тебе?
— Я люблю тебя внутри себя. Я люблю тебя и снаружи, но когда ты внутри меня, я чувствую себя целой. Как будто ты часть моего тела.
Когда я входил и выходил из нее, у меня начали появляться звезды. Наслаждение было слишком сильным, грани кульминации настолько интенсивными, что я забыл, как дышать.
Мы держались друг за друга, как будто это была поездка, которую мы не думали пережить. Брайар Роуз тяжело дышала, встречаясь со мной бедрами, скрежеща, раздвигая ноги еще шире.
— Я сейчас кончу, — объявила она первой.
Это наполнило меня гордостью - и одновременно облегчением, поскольку я был уверен, что не смогу сдержать надвигающийся на нее праздник спермы.
— Я тоже.
Все произошло сразу. В хаотичной симфонии похоти, любви и смеха."
"Повсюду дрожь.
Глаза закатывались.
Глубокий животный смех, проникающий в наши кости.
Мы кончили вместе в объятиях друг друга. Это было так волнующе для нас обоих, что мы не могли не целоваться, не хихикать и не щипать друг друга, как будто только что достигли того, что не удавалось никому в истории. Мы прыгнули с тарзанки без веревки и каким-то образом выжили.
— Вот дерьмо! — Я скатился с нее и провел рукой по лбу. На коже выступил пот, пульс бился от запястья к виску. — Что это было?
Она перекатилась на бок и ошарашенно улыбнулась.
— Я не знаю, но можем ли мы оба согласиться, что нам нужно делать это каждый день, три раза в день, пока мы не устанем от этого?
— Если под тремя разами в день ты подразумеваешь шесть раз в день, а я уверен, что ты это и имеешь в виду, то я согласен.
Она хихикнула.
Я посмотрел вниз между ее бедер. На них виднелись красные полосы.
Я потянулся, чтобы погладить окровавленную часть.
— Было очень больно?
Она покачала головой, устремив на меня свои прекрасные глаза.
— Не очень. Но достаточно, чтобы я была рада, что сделала это с кем-то, кто стоит этой боли.
Я открыл рот, чтобы что-то сказать, но мой телефон снова начал пищать.
Звон.
Звон.
Звон.
Звон.
— Возьми. — Она кивнула. — Это должно быть важно, и я знаю, что тебя здесь быть не должно.
Я потянулся к тумбочке и взял свой телефон.
Себ фБ: Мне удалось достать для тебя билет в последнюю минуту, потому что я буквально гребаный святой.