Мужчины, который спас меня в детстве, но все же мужчины.
Я мало что помнила о себе, но точно знала, что ненавижу мужей, которые приказывают своим женам, не считаясь с их желаниями. Насколько я понимала, брак, построенный на послушании, - это не брак, а тюрьма.
— Есть шанс, что тебе будет глубоко наплевать на поездки на итальянские и французские ривьеры за покупками? — Оливер начал готовиться к нашему спуску. — Потому что это устойчивая привычка для нас, и таким образом я смогу сохранить свое авиационное хобби.
Я сморщила нос.
— Ты ужасен.
Он подмигнул.
— Ужасно-сексуальный?
— Ужасный-ужасный.
— Просто проверяю температуру. — Он пожевал внутреннюю сторону щеки, посмотрев на меня.
— Ледяная. И скоро станет еще холоднее.
Раньше я никогда не была неприятной без причины. Я же не знала, что фон Бисмарки владеют целым флотом реактивных самолетов. Черт, семья Ромео производила их - и истребители, и танки, и, возможно, чертово ядерное оружие.
Тяжелые пилюли, но не те, к которым я не смогу привыкнуть.
Так почему? Почему я так расстроилась?
Потому что дело не только в самолетах, - прозвучал голос сквозь головную боль. Дело в стейке, который он тебе подал. Еда, которую предложила Даллас. Ссора, о которой он тебе не рассказывает. Это ребенок, которого ты считала своим младшим братом, - запертый в заброшенном крыле холодного замка площадью 20 000 квадратных футов, который не чувствуется домом.
— Ну, и что ты хочешь, чтобы я сделал? — Оливер провел языком по своим идеальным передним зубам.
Да."
"Но даже я посчитала эту просьбу неразумной. Главный вопрос заключался в том, как мужчина, которого я люблю, так мало заботится о мире, который мы оставим нашим детям. Если только...
Мое сердце заколотилось. Я попыталась поймать его, прижав руку к груди.
— Олли.
— Что теперь? — пробормотал он себе под нос. Мы вообще ладили?
— Мы планируем завести детей?
Он избежал этого вопроса в тот вечер, когда мы ужинали.
И не собирается сегодня.
Оливер бросил на меня нечитаемый взгляд. И снова я оказалась в замешательстве. Мы говорили о создании семьи с самого первого свидания. Он знал, на чем я остановилась. Мы ни за что не обручились бы, не обсудив этот вопрос. А если бы мы это сделали, он не стал бы сглатывать комок в горле размером с Бэйлор.
— Мне все равно. — Он поднял плечо, не встречаясь с моими глазами. — Оставляю это на твое усмотрение.
— Ну, я хочу их. Но ты это уже знаешь.
— Хорошо.