И вот в этот сложнейший период она ещё и взяла под крыло меня, совершенно чужую девчонку, дочку какой-то там давнишней маминой подруги, которую даже в глаза не видала."
"Крутились мы с Веркой как могли. Много ушло на съём нашего с ней первого жилья, ещё больше — на то, чтобы хоть как-то приспособить к проживанию её старую дачу-развалюху. И даже гардероб у нас в целях экономии долгое время был один на двоих, а вот моё поступление в колледж пришлось оплачивать вдвойне — и тому, по чьим докам я училась, и ректору — за то, чтобы по итогу мне выдали диплом на моё настоящее имя.
Она поддерживала, а я… Я тут развлекаюсь, совершенно забыв, где теперь моя подруга.
Старенький, поставленный на подзарядку телефон, наконец загрузился и запиликал поступающими сообщениями. Тоже очень странное, трепетное чувство — как будто я собираюсь заглянуть в прошлое. Боже, а ведь прошёл-то всего месяц и ещё чуть-чуть, как я здесь!
Телефон вдруг зазвонил.
— Ну привет, красотка! — пропела в трубку Маха. — Исчезла, не звонишь… Зазналась что ли?
И её елейный тон, в отличие от моего старенького мобильника, ностальгии не вызвал! Наоборот, резкое чувство отторжения.
— Работаю, Маш. Старый номер лет сто не включала уже.
— Ну так дай мне новый, какие проблемы?
— Нет проблем, — нервно заходила я по комнате, между делом поглядывая на своё отражение в зеркале. — Просто он рабочий. Я не могу давать его кому ни попадя. Извини.
Сегодня я была в очередной подогнанной мне Гордеевым обновке: утягивающей кожаной юбке длиной чуть ниже колен и невесомом свободном топе на голое тело. И прямо сейчас обнаружила вдруг, что при определённом освещении внешне консервативный топик просвечивает, во всех подробностях демонстрируя силуэт моей груди.
— Хм-м, кому ни попадя, значит… — обиженно процедила Машка. — Ладно, спишем это на звёздную болезнь. Так бывает, когда резко из грязи в князи. Наиграешься — отпустит, вот увидишь. Но всё равно не советую забывать старых друзей, никогда ведь не знаешь, где окажешься в следующий миг.
Вспыхнул экран второго телефона. Я глянула — Гордеев: «Ждём уже три минуты.