Тот самый, который рассматривал меня сначала в випке, а потом зажал в коридоре и снова разглядывал. Вот и теперь он явно не просто меня узнал, но ещё и сильно заинтересовался.
И вот казалось бы — ну и что такого? Ну мужик, ну мусолит взглядом. Первый что ли? Или последний? Да у меня уже броня от их похоти наросла! Но именно этот смотрел как-то иначе. Изучающе. А ещё, где-то здесь, возможно, сидит и Рагиф.
Украдкой снова повела взглядом по лицам гостей. И обречённо закусила губу, когда наткнулась на знакомую рожу. Это действительно был он — бывший мордоворот, лучший цепной пёс и бессменный палач отца.
Мне показалось, что я попала в силки. Словно стало трудно дышать и замерло сердце. Но ведь Гордеев сказал — не стоит бояться бывших шестёрок…
Ага! А если эта шестёрка неожиданно поднялась до уровня почётного гостя?
Стало вдруг так страшно.
— Мне надо выйти, — едва сдерживая дрожь в голосе, доложилась я Коломойцу.
— Я тоже скоро отойду. По делам. — Мимолётно поймав мою ладонь, скользнул он по ней большим пальцем. — Так что не теряй меня, когда вернёшься. Развлекайся пока, тут скоро какая-то шоу программа начнётся.
Гордеев, как и ожидалось, ошивался в холле среди своих коллег-секьюрити. Не переставая слушать чужую болтовню, проводил меня взглядом до дверей из вип-зоны. Тяжёлым таким, красноречивым взглядом «выйдешь — прибью» Но я и не собиралась уходить, лишь мотнула ему головой, подзывая.
— Это он! Рагиф!
— И что?
— Как что? Он узнал меня! И знаешь, как он на меня смотрит?! Как будто что-то затеял!
— Поздороваться, наверное, хочет, — с трудом отодрал меня от себя Гордеев. Мельком обернулся на коллег. — Ты хоть понимаешь, как ненормально выглядит то, что ты на мне постоянно виснешь?
…То, что я только что отвесила Гордееву пощёчину, я поняла лишь мгновением позже — когда ладонь отсушено загудела. Впрочем, он и сам опомнился не сразу.
— Игнат! — проходя мимо, окликнул Сергей. — Идём.
Из банкетного зала выходили многие, видимо перед шоу-программой гостям объявили паузу на перекур. В холле стало довольно людно, распахнулись широкие стеклянные двери открытой террасы, потянуло дождевой свежестью.
— Пошли, — потянул меня за собой Гордеев.