Оказалось всё довольно закономерно, и основная сложность заключалась лишь в том, что любая подвижка во времени словно снежный ком наваливалась на следующие пункты плана, и поэтому я должна была следить за тем, чтобы Коломоец не задерживался, напоминать о том, что дальше и едва ли не поминутно фиксировать любые изменения в расписании. В целом же мне даже понравилось составлять таблички. Это умиротворяло. И даже захотелось заиметь какой-нибудь стильный ежедневник для записей.
А потом началось!
Своим появлением Гордеев словно запустил маховик. Словно даже Сергей только его и ждал, чтобы начать, наконец, работать. Мы мотались по каким-то офисам, два раза сидели в ресторане. А одна из встреч, незапланированная кстати, вообще произошла на обочине дороги: Коломоец просто пересел в поджидающую его машину, а Гордеев остался стоять снаружи с каким-то вылезшим из неё мужиком. Минут через двадцать мои боссы вернулись — я как раз только успела упорядочить следующие встречи.
Я гордо забрала лист и сообщила о коррективах главному боссу. Тот, в отличие от Гордеева, выслушал с интересом, и даже вставил действительно смешную шутку. Впрочем, теперь уже я не отреагировала.
Я вообще изо всех сил старалась сохранять отстранённо-деловой вид по отношению к ним обоим.
Наша троица ездила на том самом внедорожнике, на котором мы с Гордеевым удирали однажды от пуль. Гордеев был за рулём, мы с Коломойцем сзади. И стоило мне только оказаться с ним рядом, особенно когда нужно было что-то обсудить, и мы, глядя в одну на двоих бумагу, склонялись друг к другу, как между нами тут же повисала щекотливая недоговорённость.
"В довершение всего вечером, не успела я выйти из душа, всплыл поход в ночной клуб, и Гордеев поставил меня в известность об этом по телефону. Просто пять слов:
— Сегодня «Малина», будь готова к десяти.
Я аж зубами скрипнула.