Голова кружится от запаха, заполняющего и отравляющего мои легкие.
Это дикий запах крови и похоти. Уходящий в глубину веков и от этого еще более пугающий.
С примесью безнаказанности и вседозволенности. Терпкий аромат силы и доминирования."
"На его руках кровь многих людей и сейчас эти руки на мне. Сжимают меня, чтобы принудить к сексу, который нужен ему, чтобы удовлетворить свои низменные животные инстинкты. Изнасиловать меня. Подчинить и сделать своей против моей воли.
Так чем он лучше тех людей, что похитили меня, убив перед этим Кристиана?
Он не лучше, нет.
Самый настоящий голодный и пугающий до дрожи дьявол, который хочет растоптать и сожрать свою добычу, не имеющую ни своих желаний, ни права голоса с того момента, как она встретилась ему на пути.
Демон, с которым я сражаюсь так яростно, как только могу.
— Пусти меня, отпусти, — срываюсь на крик и предпринимаю новую попытку выбраться из-под горы мышц, подавляющей своей властью и твердостью. Своей темной энергетикой.
Зажмуриваюсь и отворачиваюсь от откровенной похоти в его взгляде, ставшей острее, когда мне приходится положить ладони на его обнаженную, покрытую татуировками грудь в очередной попытке оттолкнуть от себя.
Эти мерцающие темные узоры, покрывающие его тело и уходящие ниже, под ремень, горят и пульсируют под моими ладонями. Они играют со мной в игру. Притягивают, вызывают неконтролируемое желание к ним прикоснуться и провести пальцами. Узнать больше о том, как и почему они были сделаны.
Но я не дам одурачить этим себя, а потому стискиваю зубы и еще сильнее упираюсь ему в грудь в новых попытках оттолкнуть.
Но как я ни стараюсь, у меня ничего не выходит.
А потом Демид, продолжая удерживать одной рукой, запускает вторую в мои волосы и склоняется к моей шее. Трется щекой о мою кожу, одновременно с этим целуя и прикусывая.
— Ульяна, расслабься хоть немного, — просит он хрипло, но я не собираюсь расслабляться, только не с ним.
Хватит с меня и того, что внизу живота у меня все сжимается и тянет, а промежность дико пульсирует, против воли отзываясь на все его действия.
— Отпусти меня!
— Нет.
Его ответ пронзает меня своей безысходностью.
— Я ненавижу тебя! Если не отпустишь я… я…
— Возненавидишь меня еще сильнее, — говорит Демид, а потом ловит мои запястья и заводит мои руки за голову. Прижимает их к кровати.
Я становлюсь еще беспомощней перед ним.
Но Демид не останавливается на этом.