– Туда? – удивился он, проследив за ее взглядом. – Но служба давно уже закончилась. Разве только вечерняя.
– А вам-то какая разница, куда мне надо идти? – произнесла Ирина раздраженно и устало. В конце концов, разве Иван сделал ей что-то плохое?
– Вы спешите куда-то? Только честно. Дело в том, что у меня есть к вам одно предложение…
– Предложение? Что еще за ерунда? – испугалась Ирина.
– Приличное предложение, – спохватился мужчина, испугавшись, что эта женщина в широкополой шляпе неправильно его поняла.
– Сказать что? Вы режиссер и хотите снять меня в голливудском блокбастере? – спросила девушка с вызовом.
Иван молча улыбался и качал головой.
– Вы почти угадали.
– Пфф! – Ирина отвернулась и пожала плечами.
Иван невольно проследил взглядом за этим движением. Ирина была обладательницей редкой фигуры, не просто красива или худа, она была грациозна – качество куда более ценное в глазах Ивана.
Только бы получилось ее уговорить.
– Я вовсе не хотел задеть никакие ваши чувства, дорогая Василиса. Я всего-навсего бы хотел вас нарисовать. Честно.
– Вы хотели бы меня нарисовать? – ахнула Ира и снова обернулась к этому нахалу, в лице которого на этот раз она не обнаружила и тени улыбки.
– Да в прямом! – развел руками он. – Это так сильно вас удивляет?
– Вы что же, хотите сказать, что вы – художник? – удивленно переспросила девушка.
– Я понимаю, поверьте, как это звучит, но в моих словах нет никакого подвоха. Я художник и хочу вас нарисовать. В терракотовом платье, именно с этим выражением лица. В этой сумасшедшей летней шляпе."
"Нарисовать? Ирина осмотрела мужчину с головы до ног, словно пытаясь найти какой-то подвох, изъяны или даже улики.
– Разве художники не говорят – «написать» портрет? – спросила девушка насмешливо. – Как моряки, которые никогда не плавают по воде, а ходят.
– О господи, какая ерунда. Художники говорят как угодно и что угодно! – возмутился мужчина, и улыбка сползла с его лица. Он сощурился и облизнул пересохшие губы.