Хотя, если разобраться, то, что она ничего не ответила, тоже неплохой знак — тоже своеобразный протест. Если бы она сейчас пропищала свое фирменное «Да, Дмитрий Сергеевич», я бы закинул девчонку на плечо, затем запихнул в машину, и выгрузил в кровать. И выбивал бы из нее дурь всю ночь.
Тьфу, бл… о чем думаю только?..
В выходные снова встретился с Тимом. Вечером сходили в зал. Оттуда в бар. Откуда взялось это дикое желание нажраться? Никогда не замечал за собой стремления убежать от проблем. А тут. Короче, тупо глушил дорогой виски.
Все воскресенье провалялся дома, страдая от дичайшего похмелья и тупой амнезии. Мутило, как никогда, так, что я едва поднялся, чтобы сходить в ванную… а следом пообниматься с белым другом… Пи…ц. Иначе не скажешь.
Бутылка минералки из холодильника и кровать — вот мое счастье на сегодня.
К вечеру стало чуть легче… Что странно, Тим даже не позвонил. О чем мы с ним говорили вчера? Не помню. В голове пусто — ни одного воспоминания после первой половины бутылки.
Я пью крайне редко, видимо, поэтому пьянею довольно быстро. Последний раз надирался после свадьбы Тани, когда вернулся домой. Тихо сам с собою, как говорится. А до того — когда Таня сбежала в свою деревню.
Понедельник. Признаться честно, с этими дурными выходными я забыл, что у меня новый практикант.
— Да именно поэтому! — рявкнул в ответ. — У тебя она, как у Христа за пазухой. Как потом работать пойдет со своими глазками невинными? Пусть наращивает броню. Ее бы на скорую. Что, кстати, весьма вероятно.
Ольга не нашла, что возразить.
— Обидишь девочку, пожалеешь, — едва ли не прошипела мне в лицо. С чего это она такая заботливая? Так и не понял. Женщины странные.
И вот, придя в понедельник на рабочее место, совсем не ожидал встретить прямо с самого утра мелкую занозу, которая все сильнее впивалась под кожу.