Он мог бы сесть на тот же корабль, в тот же день, по другой причине. Или мог бы жениться на женщине, которая родила бы ему детей, но превратила жизнь в ад. — Кир обхватил её щёку ладонью. — Если бы Стерлинг мог, думаю, он сказал бы тебе, что ты была его счастьем, и попросил бы ни в чём себя не винить. — Его голубые глаза, самого светлого оттенка неба, не отрывались от её слезящихся глаз. — Ах, любимая, — мягко сказал он, — я бы умер вместо него, если бы тогда ты перестала корить себя.
От этой мысли она застыла в ужасе.
— Не говори так.
Кир нежно водил большим пальцем по напряжённым мышцам на её челюсти.
— Тише, — пробормотал он. — Ты ни в чём не виновата. Пообещай мне, что будешь относиться к себе с той же добротой, что и к окружающим.
Закрыв глаза, она прижалась щекой к его ладони и кивнула.
— Скажи вслух, — не унимался Кир.
— Обещаю попытаться, — сказала Меррит, у неё вырвался дрожащий вздох. — Но что же теперь делать?
— Нам? Мы с тобой придём к правильному решению. Позже. А пока… давай отправимся в постель.
Широко распахнув глаза, она бросила на него ошарашенный взгляд.
— Здесь? Сейчас?
— Жду не дождусь, когда ты окажешься в моих объятиях, — сказал он. — Не на пару минут. А надолго.
— О, я не думаю… — Замявшись, Меррит уткнулась лбом ему в плечо. — Проблемы таким образом не решатся.
Он издал горловой смешок.
— Одна из моих решится. — Кир обвёл губами её ухо. — Я готов умолять, если это поможет.
— Кир, это и в первый раз было ошибкой.
— И я готов её повторить.
Она отстранилась и бросила на него возмущённый взгляд.
— Посреди дня?
В его глазах заплясали озорные огоньки.
— Нас никто не услышит. По четвергам слуги полируют серебро внизу, в столовой.
— Они всё равно узнают, — возразила Меррит, поморщившись при этой мысли. — Из-за переполоха, который мы подняли, ни для кого не останется секретом, чем мы вдвоём заняты в моей спальне.
— Мерри, сладкая моя… Я так хочу тебя, мне плевать на остальных. — Кир очаровательно улыбнулся, и у неё перед глазами заплясали тёмные пятна.
Ну как можно перед ним устоять?
Меррит пошла запереть дверь, а когда обернулась, то увидела, что Кир уже раздевается рядом с постелью. Сердце в груди перевернулось. Она зачарованно наблюдала за тем, как он расстёгивает рубашку, снимает её через голову, обнажая гладкий мускулистый торс, покрытый светлой блестящей порослью. Красота Кира поражала.