Но я-то осталась! Сообразила?
Я на всякий случай кивнула, но потом решила поделиться своим мнением:
– Думаю, Ефремова убили.
– И я так считаю, – прошептала Ирина. – Убили с вашей же помощью! Откуда вы знаете про Тигровну, а? Кто велел вам шантажировать моего брата? Отвечайте!
Я не успела издать ни звука – Ирина ухватила меня за плечи и стукнула головой о стену. Маленькая, хрупкая женщина оказалась очень сильной, я почувствовала резкую боль в затылке. Потом под черепом вспыхнул яркий свет и тут же погас…
По щекам текла холодная жидкость, я машинально провела рукой по лицу и села, закрыв глаза.
Анна уложила меня спать в чуланчике, заваленном всяким хламом, и я провела ужасную ночь, ворочаясь с боку на бок. Мне казалось, будто я лежу на битых кирпичах.
Утром Анна спросила:
– Как спалось?
– Плохо, – честно призналась я.
– Ой-ой-ой… – презрительно скривилась тетя. – Вы, городские, прямо прынцессы! Матрас на лежанке новый. Чем ты недовольна?
– Словно на булыжниках лежала, – залепетала я, – честное слово, все болит.
– Фу-ты ну-ты, ножки гнуты! – противно засмеялась Анна. – Ни к чему не приспособленная девчонка! Ну ничего, поживешь тут лето, обвыкнешься, подстилка пухом покажется.
Не успела я ужаснуться перспективе коротать не одну ночь на железяках, как сын Анны, Володя, пробасил:
– Ма! Скажи-ка, куда ты Мишкин велик спрятала?
– Нечего двоечнику на колесах по округе мотаться.
– Так я с тобой и не спорю, – вздохнул Владимир, – только скажи, где сховала.
– Внучек не сыщет! – гордо заявила Анна. – Я в чулане его пристроила, положила на кровать, сверху матрас навалила, простыней застелила.
Володя захохотал.
– Лихо! И туда же Таньку дрыхнуть отправила. Здорово ей на велосипеде спалось! Натуральная принцесса… на железе!
Анна заморгала, а я захихикала. Историю потом рассказали бабушке, это одно из самых забавных воспоминаний моего детства. И сейчас мне показалось, что я вновь нахожусь у тетки. Под задницей какие-то каменные кочки, а по лицу бегут ледяные потоки.