На висящем во всю стену телевизоре скорее для фона, чем для развлечения публики, безостановочно крутились музыкальные клипы, а вот за спиной бармена телевизор поменьше служил источником информации – новостной выпуск известного канала только начался.
Влад без закуски опрокинул в себя стопку, задержав дыхание, занюхал кулаком. Казалось, что не водку заливает в себя, а обычную воду. Ни привычного вкуса, приятно обжигающего рот, ни желанного дурмана в голове. Не делая длинной паузы, повторил заход, потом еще раз.
Народ вокруг раздражал, как и равномерный, гулкий шум, окруживший стеной. Где-то рядом взвизгнул женский голос, закатился в безудержном смехе. Загоготали мужики. Опер опрокинул еще одну стопку и, подняв глаза, обомлел. Прежде чем до него донесся голос диктора, уже понял, о чем новостной сюжет. Поистине невероятных усилий ему стоило ни жестом, ни взглядом не выразить шока. Сделал вид, что с безразличием вслушивается в то, что вещают с экрана.
Он узнал это помещение сразу же, как только за диктором замелькали первые кадры: те же обшарпанные стены, заколоченное окно на заднем плане, грязь и обломки повсюду.
– Полиция изучает запись, появившуюся недавно во всемирной сети, – слова диктора каленым железом отпечатались в памяти, звучали в ушах, мешали думать, здраво рассуждать.
"Рассчитавшись за заказ, как ни в чем не бывало Демидов твердой походкой направился к выходу, вышел на свежий воздух. Голова гудела, но не от выпивки, а от так не вовремя возникшей проблемы. То, что это реально проблема, от которой просто не отмахнешься, стало ясно сразу, стоило только открыть раздел криминальной хроники на телефоне.