Дочь кукушки (СИ)

– Вы распаляете мое желание еще сильнее.

Я, кажется, покраснела. Но в коридоре был полумрак, и вряд ли Шарле заметил мое смущение.

– Прошу прощения, но, думаю, нам лучше поговорить утром.

Я сделала еще один шаг назад. Похоже, добираться до своей комнаты мне придется окольным путем.

Но барон вдруг схватил меня за руку.

– Зачем же откладывать это, Алэйна. Мы можем поговорить прямо сейчас в моей комнате.

– Что вы себе позволяете, сударь? – я постаралась вложить в голос всё возмущение, которое смогла собрать.

Я всё еще не верила в серьезность его намерений.

Не может же гость забыться до такой степени, чтобы оскорбить дочь хозяина? Особенно, если хозяин – гораздо выше его по положению.

– Я не причиню вам вреда, – расхохотался он. – Я всего лишь хочу сказать вам, что намерен просить у его светлости вашей руки и настоятельно советую вам принять мое предложение.

Я хотела гневно осадить его, но подумала, что сейчас, когда мы вдвоем в темном коридоре, это – не лучший выход. И попыталась разойтись на мирной ноте.

– Я благодарна вам за это предложение, ваша милость, но, думаю, вы понимаете, что я не могу дать ответ прямо сейчас.

– И что же этому мешает? – он по-прежнему не отпускал мою руку.

– Я не могу принять столь серьезное решение одна. Мне нужно посоветоваться с родителями.

Я не понимала, почему я должна объяснять ему столь простые истины. Если он действительно намерен был на мне жениться, то должен был понимать, насколько отвратительна эта сцена.

– С родителями? – расхохотался он. Мне в ноздри ударил запах спиртного.

И сразу закружилась голова. – Вы думаете, я не знаю, что вы – приемыш? Их светлости будут счастливы, если вы выйдете замуж. Подумайте, Алэйна, – другого такого случая может и не представиться.

– Я подумаю, – пообещала я. – А сейчас, простите, я должна идти.

На сей раз он сделал шаг в сторону – к порогу своей комнаты. И потащил меня за собой. Я хотела закричать, но он зажал мне рот большой шершавой ладонью.

– Простите, Алэйна, но я настаиваю, чтобы вы выслушали меня, – рыкнул он.

– Мне кажется, вы не вполне понимаете шаткость своего положения в замке. Да, вы приемная дочь герцога, но это не делает вас ровней даже самому захудалому дворянину. Но я готов забыть об этом. Вы достаточно красивы, чтобы я мог закрыть глаза на ваше сомнительное происхождение.

Он прижал меня к стене так крепко, что я не могла пошевелиться.

Я понимала, что дело было не только в моей внешности. Он рассчитывал на хорошее приданое и благосклонность герцога.