Я вижу пленительное тело Марка, накаченный пресс, грудь, сильные широкие плечи. У него чистая слегка загорелая кожа. Впервые дотрагиваюсь обнаженной руки Лютольфа, осторожно, словно передо мной не мужчина, а дикий зверь, пугающий своим могуществом. Платье снова расходится в треске.
— Испортишь.
— Я куплю тебе другое.
Он больше не слышит или не желает слышать моих протестов.
— Нужно было выключить свет…
— Я хочу любоваться твоим телом. Оно безупречно.
Это последнее что мне удалось сказать. Марк заглушает мои слова поцелуем, глубоким.
Марк высокий и спортивный мужчина, однако, со мной он сдерживается, рассчитывая силу, точно опасается нанести травму. Он останавливается, прерывается и осыпает меня не только теплом прикосновений, но и вопросами «Нравится?», «А как ты любишь?», «Хочешь, если я сделаю так?».
Сгорая от невыносимого ожидания, я отворачиваюсь и подставляю шею для губ Марка. Руки сами тянутся к его спине. Вонзаюсь ногтями в кожу.
— Сегодня я хочу наслаждаться подчинением тебе Марк, делай, как чувствуешь.
— Тогда это будет долго и яростно. Изматывающе горячо. Ты будешь кричать и умолять остановиться, но вряд ли у меня получится тебя услышать.
Слова Марка вызывают во мне резкий скачок давления и острый азарт. Я решаюсь окунуться в этот грешный омут с головой, прочувствовать тот самый пик блаженства, забыть хотя бы на время обо всех проблемах.
Закрываю глаза, погружаюсь в мир тактильных ощущений и фантазий. Позволяю Марку играть с моим телом, как заблагорассудится.
Правда расслабиться мне не удается, прикосновения Лютольфа разные, сродни кнута и пряника. До мурашек нежные лишь кончиками пальцев… и вдруг меня уже обжигают хлесткие шлепки, хаотичные. Такие что я вздрагиваю, будто меня коснулось огненное пламя. И вновь успокаивающее медленное движение руки Марка.
Я не вижу, но чувствую, как остаюсь нагая, а весь мир исчезает. Слышится звон бляшки ремня и как холодный металл случайно задевает мое бедро, а потом ремень летит в сторону и шумно падает на пол. Тяжелая рука Марка раскаленным обручем обхватывает мою шею, сжимая, заставляет открыть рот для поцелуя.
И я напрягаюсь всем телом, а потом широко распахиваю глаза, ощущая Марка везде. Задыхаюсь, бьюсь в адреналине.