Кто знает, вдруг это последняя наша возможность быть вместе?.. Судя по складывающимся обстоятельствам, действительно последняя.
Матвей покрывает мою шею короткими поцелуями, прикусывая то место, где бешено бьется пульс, и тут же зализывая его языком. Его ловкие и длинные пальцы медленно стягивают с плеч одновременно обе бретельки, обнажая мою грудь.
Максимально откидываюсь на узком столе, выставляя свою грудь напоказ и призывно растягивая кроваво-красные губы в порочной улыбке. Своего рода приглашение. Вызов.
"Он медленно ведет кончиками пальцев по шее, между грудей, обводит каждую по очереди, едва касаясь возбужденно-торчащих сосков. Я не в силах сдержать стонов и хочу, чтобы Матвей уже сделал что-то с тем пожаром, что сжигает меня там, внизу.
Цепляюсь в его предплечье, слегка царапая ногтями, но мой мужчина перехватывает мою руку,
– Руки на стол, Ева, – приказывает Матвей, вызывая табу восторженных мурашек. Господи, как же я скучала по этому невозможному мужчине! По мужчине, что заставляет мое сердце биться чаще.
Возвращаю руки на место, до побелевших костяшек вцепляясь в края столешницы. Матвей же тем временем припадает губами к моей груди, рисуя круги кончиком языка, всасывая сосок и слегка прикусывая его. При этом и вторая не остается без внимания – Матвей сжимает и покручивает сосок, причиняя легкую боль.
Вот она, та грань, на которой я мечтала оказаться все эти мучительные дни – грань боли и удовольствия.
– Матвеееей! – протяжно стону, откидывая голову назад и все же вцепляясь в его волосы и царапая кожу на затылке. Мой мужчина тоже не выдерживает и стонет, посасывая мои соски еще сильнее, почти заставляя шагнуть за эту грань.
Но нет. Мы так не договаривались.
Я не пойду туда без него. Потому что удовольствие будет неполным.
Рывком сажусь и, глядя не просто в глаза Матвея, а, кажется, прямо в его душу, расстегиваю пуговицы на рубашке. Где-то на третьей теряю терпение и просто разрываю края, и пуговицы сыпятся в разные стороны.
– Дикая кошка, – улыбаясь, хрипит Матвей, снова набрасываясь, сминая мои губы в яростном поцелуе. Он зарывается пальцами в мою прическу, ероша волосы. Многочасовой труд стилиста насмарку. Но мне плевать.