Ужас случившегося сделал из меня истукана, беспомощно смотрящего на изломанное нечто, с неестественно вывернутыми руками и поломанной ногой, бывшее некогда жизнерадостной и неунывающей подругой.
Наверное, со стороны я, трясущаяся, безмолвно рыдающая, выглядела жалкой и никчемной, потому как фигуры не сочли нужным парализовать или связать меня сетью.
В себя меня привел негромкий голос верзилы:
– Пакуйте этих, – негромко скомандовал верзила. – Пойду гляну, выжила ли девчонка.
Эх, зря вы так… Нельзя доводить женщину.
– Повернись спиной, руки за голову и медленно опускайся на колени! – приказал один из оставшихся типов.
Ну я и ответила. Жестом.
Жест оказался универсален для всех миров, потому что мужик в капюшоне ругнулся и запустил в меня какой-то гадостью. Я почувствовала, как жар чужой магии обжигает правую сторону тела, и взбесилась."
"Все остальное я помню очень смутно. Просто в какой-то момент божественная сила, что передала мне Терра, рванулась наружу.
– Тринадцатый! – окликнул кто-то верзилу, но было поздно.
Я сеяла хаос. И если раньше это был такой бодрый хаос веселья и беспорядка, то теперь я была полна решимости согнуть всех неугодных в бараний рог.
Небо над нашими головами прорезала кривая молния и грянула аккурат в центр компании чужаков. Мужчин разметало по сторонам, земля под ногами содрогнулась, а светлое небо над головами почернело и начало осыпаться черными хлопьями. Хлопья падали на лицо, таяли и стекали вниз, но для меня это был не аномальный снег, а самое настоящее пепелище пожара, пожирающего душу, как огонь сухую ветку.
Рядом заворочался невесть как освободившийся Дин Морияди, метнулся к порталу и начал лихорадочно шарить по нему руками. В этот раз для открытия ему даже не потребовалось моя сила, потому что та была везде. Божественная суть заполнила всю площадку, жгла и причиняла боль негодяям, поднявших на нас руку, но сильнее всего я глумилась над верзилой.
А что? Говорят, в Спарте всех уродцев сбрасывали со скалы, так что этот моральный ублю… урод заслужил великой чести!
– Уходим! – прокричал у меня над ухом Морияди. – Скорее!
– Ага, сейчас прям! Только сперва укокошу кое-кого, – злорадно усмехнулась я.