Не то чтобы я верила в сплетни, которые Шину приносила с рынка, все же и для этих мест звучали они несколько чересчур, особенно в части, где женщин перед жертвоприношением бесчестили, и не просто так, но целым кораблем…
— Еще говорят, что, если плюнуть на тень тьеринга, он потеряет свою силу…
— Это вряд ли. — Он все-таки сел и положил руки на колени. — Что случилось?
И на зверя посмотрел.
Видит?
Вот готова была поклясться, что видит… и почему не боится? Нет, руку от меча не убрал, но это больше демонстрация силы, чем намерения.
— Сложно… объяснить.
На меня натравили демона.
То есть не совсем демона, но существо потустороннее, с которым я не то чтобы справилась чудесной силой магии, скорее обратила на свою сторону, а как это сделала, до сих пор плохо представляю. И подвиг, главное, боком вышел, чего в сказках быть не должно.
А самое отвратительное, что сделала это моя матушка.
Не моя, Иоко.
Или все-таки уже моя? Я задумалась. А ведь… я впервые за долгое время чувствую себя… цельной? Пожалуй, что именно так…
Правда, печать стала чуть ярче.
— Я привез тебе кое-что. — Он вытащил из-за пазухи массивный браслет. — Если, конечно, сочтешь возможным…
Браслет был красив."
"Пожалуй, слишком тяжеловесен по местным меркам, да и узор в простоте своей был лишен глубокого символизма, но это-то как раз хорошо. С другой стороны, не обяжет ли меня этакий подарок? А то мало ли… примерю и окажусь в женах.
Или еще что случится.
— Это просто подарок. — Тьеринг усмехнулся.
И пес заворчал.
Благодушно.
Ему нравился мужчина. Нет, против меня пес ничего не имел, более того, обожал со всем пылом свежеобретенной собачьей души, но… я была женщиной.
Слабой.
И болела, а потому нужен был кто-то, кто бы обо мне заботился.
Исиго? Не то, ко всему любопытен не в меру, так и норовит прикоснуться, то ли погладить, то ли отщипнуть кусок, что совсем уж ни в какие рамки… и главное, даже рыка бояться перестал, убедившись, что призрак не собирается никого убивать.
Зря, конечно.
Сегодня не собирается, а завтра вполне способен собраться.
Браслет, скользнув на запястье, сжался. Нет, он не сдавил руку, но лег по коже, будто сделан был из мягкой кожи.
— И что это…
— Защита. — Тьеринг пожал плечами. — Говорю ж, сам сделал… убережет, а то дошли слухи…
— Какие?
…нехорошие.
На сей раз мой гость не стал ходить кругами.
Меня собирались убить.
Об этом кричали чайки. И вороны, обитавшие на рыбных рядах.