И разве не способна в этом море затеряться маленькая капля?
А дракон…
На мою записку он не ответил. Соваться же к дракону без приглашения было по меньшей мере неразумно… как и выходить на улицу.
Но, признаюсь, третья неделя, проведенная взаперти, изрядно подорвала мое душевное состояние. Быть может, для местных подобная уединенная жизнь и являлась нормой, но меня не успокаивали ни садик, ни пруд, ни уж тем паче вид соседского забора.
И я решилась.
ГЛАВА 26
Не одна.
Араши и ее клинки.
Шину.
Мацухито с огромной корзиной, ремень которой лег поперек лба этакой сбруей.
— Мне надо отнести травы, — сказала она, потупившись. И руки спрятала в рукава. — Одному… человеку… достойному.
Уж надеюсь.
Выдать бы их всех замуж и… и что дальше? Печать зачесалась.
Вот же… а где мое пророчество, которое можно было принять за инструкцию? И думай теперь, нравится богам мой план или наоборот.
И чернолицый вновь снился.
Все три глаза его смотрели на меня.
В меня.
А перевязанные лентой губы шевелились, но ни слова божественного не долетело до моих ушей.
Один бог — это еще ладно, а вот два — явный перебор.
До рынка мы добрались быстро.
Тот же запах рыбы.
Мухи над рядами. Циновки и товары… голоса и стук молотка… полудремлющий старик растирает в ступке травы, а еще более древняя старуха, опираясь на клюку, выговаривает ему что-то. Летят по воздуху шелка, сворачиваясь разноцветными шарами.
Алый.
Зеленый.
А мой взгляд цепляется за сверток искристо-белого траурного шелка, который притаился в самом углу. Верно, его и вовсе убрали бы, но… не принято.
Все в этом мире не вечно.
Особенно люди.
Мы ходим.
Гуляем.
И в какой-то момент Мацухито отстает. Я останавливаюсь было, чтобы ее подождать, но Шину качает головой: не стоит.
— И что произошло?
— Старый знакомый.
Я пропустила. Пожалуй, Мацухито — самая незаметная из моих подопечных. Но это не повод не присматривать за ней."
"— Он письмо прислал… — сказала Шину, будто это могло что-то да объяснить.
Что ж… надеюсь, она знает, что делает.
Или нет?
Откуда ей. Но… не искать же Мацухито по всему рынку. Это как то… глупо. И противный голос внутри меня за шептал, что будет лучше, если она сама о себе позаботится.