И пожалуй, даже хрупкий какой-то. Тьеринг? Пожалуй, но… в его чертах было что-то и местное. Правда, среди местных не попадались мне люди светлые, а этот был блондином. Пепельным. И волосы отрастив, не стал сбривать их со лба и боков. Он заплел косу, украсив ее тремя белыми лентами, и это что-то да значило, но вот что — Иоко не знала. Она, было показавшаяся миру, спряталась, оставив мне и чужака, и мифических лисиц, и соседскую кошку, которая, перебравшись через забор, устроилась на террасе.
— Не боишься, женщина? — голос у мужчины был низким, хрипловатым.
Простуда?
Или сам по себе?
— Вас?
— Ее, — он указал на кошку, чей хвост раздраженно дернулся. — Говорят, они вырастают огромными, способными сожрать человека…
Теперь она открыла оба глаза и, перевалившись на спину, подхватила плотный лист.
— Хвост у нее пока один, — возразила я.
Взмах лапы, и когти попросту разрубают лист на аккурат ные полосы… а ведь и вправду для кошки это немного… чересчур? Но она лежит и смотрит, выжидающе так.
Прогоню? Схвачусь за метлу? Или сразу за колдуном отправлю?
— Вреда от нее нет. — Я опустилась рядом с кошкой и осторожно коснулась мягкой шкурки. — А польза несомненна… мыши не досаждают.
Как ни странно, гость мой не стал возражать.
— Я представлял тебя иначе.
— Я не представляла вас вовсе. — Кошка заурчала и потерлась о пальцы.
Оборотень или нет, но ласку она любила.
— Урлак. Хевдир здесь.
Надо же… а не похож… то есть не то чтобы я имела представление о том, как должен выглядеть хевдир, но… Наместник, опираясь на память Иоко, редко появлялся на людях.
Впереди шествовали барабанщики.
И мальчики с трещотками.
Человек с морской трубой, издававшей хриплый протяжный звук.