О кораблях, которые пришли с острова Наррат и привезли к осенней ярмарке белый и розовый жемчуг, а еще морские раковины, нарвальи рога и многое иное… и не только они. Поговаривали, что нынешняя ярмарка будет особенной, ибо…
Я слушала.
Старалась.
И все равно в голове стучала одна-единственная мысль: с Наместника станется отозвать свое разрешение… и что тогда?
Мне придется вернуться в дом матери? Или отправиться в монастырь, о чем та мечтала? В завещании, если подумать, этот момент обошли вниманием… женщины, удалявшиеся от мира, считались мертвыми?
Или нет?
Что будет, если…
Я не Иоко.
Не маленькая девочка, привыкшая полагать себя никому не нужной. Я взрослая женщина, и случалось мне выпутываться из куда более неприятных ситуаций.
Законы я знаю.
Худо-бедно… и не позволю себя запугать.
И…
Пять шелковых платьев, которые надевали одно на другое. Этот наряд пришел из чужого прошлого, но Кэед, явившаяся лично руководить моим облачением, довольна…
Нижнее кимоно темно-синего цвета, а верхнее — бледно-голубое, расшитое серебряными искрами.
Во дворе ждет Мацухито.
С набеленным лицом, на котором алой бусиной выделяются рисованные губы, она выглядит, говоря по правде, жутковато, но… я не лучше, подозреваю.
Ее кимоно попроще…
— Вам не стоит выходить из дому без сопровождения. — Кэед осматривает нас обоих и все-таки хмурится.
Ее тоже не покидает предчувствие.
И кажется, я уже готова поверить, что не вернусь…
Нет уж.
Я не позволю разрушить свою жизнь.
Я…"
"…сжимаю в руках полую рукоять бамбукового зонтика.
Мацухито молчит, но хотя бы не плачет.
А девочка-служанка, севшая в ногах, продолжает щебетать. Кажется, очередные слухи…
…о том, что на пристанях видели Белую деву, которая искала себе нового жениха, и все моряки теперь носят на груди железный гвоздь…
…а у наших соседей, тех, чей дом стоит первым по улице, молоко киснет. И это значит, что где-то поблизости завелась нечисть.
…смотрю.
Мелькает справа стена, отделяющая Веселый квартал от города…
В груди ноет…
Ладно я, но если наш дом закроют, то куда им идти? Шину… и Кэед, и Юкико, и…
Я не привыкла отвечать за других, но…
Тьма их задери…
— Госпожа, — служанка трогает меня, и я вздрагиваю, — вы не о том думаете, госпожа…
Белые клыки ее поблескивают.