— Ты сам знаешь, что сокровища спрятаны в первоначальной крепости Йолина. В бумагах, что лежат под яблоками, тоже об этом сказано.
— Ну и что из этого?
— Но полное имя господина Йолина было Йолин Йолинсон.
Терье остановился. Его светло-серые глаза смотрели на Эскиля враждебно.
— Значит, он не был первым Йолином. Терье был жестоко обижен тем, что от него скрылась такая очевидная вещь.
— Дело здесь вовсе не в имени, — возразил он. — Его называли первым Йолином, потому что он был таким могущественным.
— А что, если это было не так? Вспомни, как там написано: «Господин Йолин… построил свой дом в безветренном месте». Разве это не говорит о том, что он сделал это сознательно — в противовес прежним условиям жизни?
Терье снова тронулся с места.
— И куда же ты собираешься направиться?
Терье Йолинсон был очень толковым по части хозяйства. Мышление же его было на редкость неразвитым.
И Эскиль принялся объяснять ему все по порядку.
— О доме господина Йолина говорится в записях именно как о доме.
— Чушь! Этот дом и называется Йолинсборгом.
— Поскольку в записях стоит: «крепость Йолина». Я полагаю, что существует настоящая крепость, расположенная в тихом, безветренном месте. Но вот мы и пришли. Давай посмотрим бумаги!
Совершенный сбитый с толку, Терье отпер ключом дверь, и они вошли в дом.
Как и в первый раз, когда он вошел в Йолинсборг, Эскиль почувствовал странную атмосферу этого дома.
Они направились прямо в кладовую.
— Сейчас мы посмотрим, — сказал Терье, делая вид, будто ему известно, о чем говорится в этих записях. — Обложки… Вот одна из них. Осторожно, не повреди бумаги!
— У тебя есть клещи?
— Я прихватил их с собой как раз для этой цели.
Осторожно ухватив шляпку гвоздя, он старательно вытащил его.
Эскилю была не понятна подобная форма тщеславия.
Его отец, Хейке, так и не выучился хорошо читать, а писал — как курица лапой. Но он ни от кого не скрывал это!
Но, чтобы зря не тревожить Терье, Эскиль решил прочитать все сам.
— Нет, Это несущественно. Есть еще обложки?
— Вот еще одна.