Пугливо и растерянно взглянув на него, она сказала:
— Эскиль… Ты ведь не собираешься снова идти наверх, в Йолинсборг?
— Куда идти? Ах, да… Нет… Я не знаю, во всяком случае, один я туда не пойду. Но если отец пойдет туда, я пойду с ним.
— Я не хочу, чтобы ты ходил туда, Эскиль, не хочу!
И тут он взорвался. Взявшись за спинку стула, он стукнул им об пол.
— Я хожу туда, куда мне хочется! — раздраженно произнес он и направился к выходу.
Но в дверях он остановился, подумал и вернулся назад.
— Прости меня, — с сожалением произнес он, видя ее окаменевшее лицо.
— Ничего, — ответила она, и тут вошел Терье и сердито спросил, почему в кухне такой беспорядок. Он не терпел в своем доме никакой небрежности.
Эскиль отправился в свою маленькую комнату.
Вечером все собрались в гостиной Терье. К этой комнате у Терье было особое отношение: целый год она бывала заперта, и гости могли любоваться ею, лишь стоя в дверях.
В самом деле, в комнате был идеальный порядок, все было настолько превосходным, что становилось не по себе. «Бедняга…» — подумала Винга, которой Эскиль рассказал по дороге кое-что о нем. У Терье были просто навязчивые идеи.
— Кстати, — сказала она.
— А, Хильда… — ответил Терье с гримасой раздражения. — Ее я брать в дом не собираюсь! В мой чудесный дом? Она слишком толста и неуклюжа, люди будут смеяться надо мной.
Винга подумала: хорошо, что Хейке не слышит эти слова. Ей хотелось как-то подбодрить и воодушевить этого явно приторможенного в умственном развитии человека, но ответ его не настраивал на дружеские излияния.
Они сидели и негромко разговаривали, чтобы не разбудить мальчика.
Разговор шел о вещах повседневных. Хейке и Винга рассказали о своей поездке в Эльдафьорд.
— Тебя и в самом деле оказалось нелегко найти, Эскиль, — сказала с улыбкой Винга. — Никогда в жизни мы не задавали людям столько вопросов. Но наконец мы нашли рыбака, который довез нас сюда на своей лодке.