Для тебя нет ничего более важного. Поэтому я никогда не думал, что такой вопрос, который ты задала, вообще может возникнуть в твоей голове.
— Иногда моя профессия просто действует мне на нервы, — сказала Барбара.
И в следующий момент, к своему собственному ужасу, разрыдалась.
В теплой, уютной постели она постепенно успокоилась, но чувство подавленности осталось. Барбара пролила целые потоки слез, она всхлипывала и дрожала. Ральф чувствовал себя совершенно беспомощным."
"— Что случилось? Успокойся же, — повторил он несколько раз.
— Это из-за самоубийства Корнблюма?
— Я… не знаю, — выдавила Барбара, но тут же поняла, что это не так.
«Но почему, почему?» — спрашивала она себя, свернувшись в постели в позе эмбриона. Может быть, тот факт, что они сидят здесь в снежном заточении, значительно больше расшатал нервы, чем ей казалось… Или в ней поселилось скрытое чувство клаустрофобии, пробившее себе дорогу… А может быть, ее запутанные чувства к Ральфу постепенно довели ее до помешательства… Или то, что они уже без малого неделю сидят здесь и не могут толком найти выход из собственного безмолвия… Но как все это связано с ее профессией, с внезапной мощной потребностью от всего освободиться?
…Это вечное чувство пустоты в желудке постепенно сводит с ума!
Барбара стала вспоминать, когда она в последний раз плакала.