И будешь злиться, что испортила себе это прекрасное лето бесплодными мечтаниями, вместо того чтобы по-настоящему им наслаждаться. Если у тебя на самом деле будет собственная семья, ты больше не будешь иметь так много свободного времени.
— Я еще слишком молода, чтобы выходить замуж и иметь детей.
— Мне тоже было семнадцать, когда появился мой первый ребенок.
— В твое время все было по-другому. Да и ты была другой. Я сейчас просто не могу представить себе, чтобы я решилась выйти замуж за человека, с которым потом проживу всю свою жизнь!
Морин вздохнула.
— А как у вас с Джоном Ли? — осторожно спросила мать. — Вы ведь с детских лет практически обручены. — Она улыбнулась, и эта ее улыбка разозлила Фрэнсис.
— Ах, мама, когда это было… уже давным-давно. Он меня больше об этом не спрашивает.
— Наверное, ты постоянно делаешь такое недовольное лицо, что он не осмеливается, — предположила Морин. Тут она вздрогнула — с улицы раздался сигнал клаксона. — О господи, это уже приехала мисс Мэйнард, а я все еще не нашла ноты!.. Беги вниз и скажи ей, чтобы шла в гостиную. Я сейчас приду.
Мисс Мэйнард, преподавательница по музыке, была известна своим бестактным поведением. Фрэнсис знала, что сегодня она была в мрачном настроении, и не удивилась, когда мисс Мэйнард сразу же сделала ей замечание.
— Кто же тебе насолил? — спросила она. — Душевные страдания?
— Нет, — ответила Фрэнсис рассерженно. У нее всегда возникал вопрос: почему люди, глядя на молодую девушку, не в состоянии предположить, что у нее могут быть и иные проблемы, кроме душевных страданий?
— У меня есть кое-что, что исправит твое настроение! — заявила мисс Мэйнард и стала рыться в своей сумке. Она извлекла из нее конверт и помахала им перед носом Фрэнсис. — Я иду как раз от Ли.
— Разве Джон дома? — удивленно спросила та. Джон учился в Кембридже и редко приезжал домой.
— Его отец неважно себя чувствует, — объяснила мисс Мэйнард. — Я не знаю, в чем там дело, но в любом случае Джон приехал домой из-за него.
Должно быть, что-то серьезное, предположила Фрэнсис.