Это немыслимо, как бы не тыкали в меня доказательствами и показаниями свидетелей.
Моего отца подставили, для меня это казалось очевидным и единственным возможным объяснением происходящего. Другую реальность я принимать не хотела. Просто не могла.
И да, я была совершенно субъективна, пусть это и ставит под сомнение мой профессионализм. Я не верила и доводы безопасников меня никак в обратном не убедили.
Не буду пересказывать вам весь многочасовой диалог. Но в целом он проходил примерно так:
- Ваш отец отмывал огромные суммы сольдов.
- Первый раз слышу. Счет был на его имя?
- На подставное.
- А вы уверены, что это его счет.
- Финансовый след ведет к господину Разину.
- Финансовый след - косвенное доказательство. Эти данные можно подделать.
После этого безопасники переглядывались, вздыхали или раздражались, а потом меняли тактику или уводили разговоры в другую плоскость, и все начиналось по новой.
***Со мной обращались хорошо несмотря на то, что мне пришлось провести в управлении двое суток.
- Тут что-то нечисто, - сообщила я господину Цилешу, юридическому консультанту, который все же мне перезвонил, а затем и присутствовал практически на каждой “беседе” со мной, периодически одергивая безопасников, которых бесило то, что от меня невозможно ничего добиться - я должна выяснить правду.
- Не лезь в это дело, Кира, - покачал головой пожилой зитарец, - а лучше - покинь Зитар.
- Что вы такое несете? - вспылила я - мой отец исчез и считается сейчас преступником в бегах. По информации от безопасников, он запятнан по самую макушку. Как я могу просто улететь с планеты? У меня же учеба и...
- Милая девочка, не влезай в эти политические игры - участливо продолжил убеждать меня консультант - это тебе все равно не по зубам.
- Вы что-то знаете, господин Цилеш? - прищурилась я.
- Нет, - отрезал зитарец, но по его взгляду я поняла, что даже если он что-то знает, правды я от него все равно не добьюсь, - но послушай моего дружеского совета и не задерживайся здесь. Дальше будет только хуже, поверь мне.
- Я не могу просто так сбежать, - стояла я на своем, - пока не пойму, в чем тут дело. Есть же папины коллеги, друзья.