На мгновение мрак расцвел разноцветными огоньками и нитями. Ярким, желто-красным, пятном тлел реактор ДШМ, извилистыми линиями протянулись действующие кабели энерговодов.
Клеопатра переключилась на ночное видение. Десантная аппарель была опущена — Клео, стараясь не шуметь, выбралась из модуля.
Огромное помещение палубы тонуло в полумраке. Редкие плафоны дежурного освещения разгоняли сумрак тусклым голубым светом, оставляя в глубине палубы густые, чернильно-черные тени. Пахло машинным маслом, пластиком и разогретым металлом.
Клео осмотрелась. Решетчатые фермы обслуживания, скошенные консоли аппаратуры подготовки и пуска, на которых тлели редкие зеленые огоньки режима ожидания. В пятидесяти шагах, на огромной платформе подающего суппорта, покоился еще один десантно-штурмовой модуль. С десяток кабелей и шлангов змеились по полу, словно глянцевитые змеи. Несколько из них исчезали в раскрытом технологическом люке ДШМ, из которого выбралась Клео. Видимо, техники провели проверку систем на скорую руку, оставив основную работу на завтра.
Клеопатра подошла к консоли управления, бросила взгляд на хронометр. На крейсере наступила «ночь» — самое удобное время. Она вернулась в модуль и расположилась в кабине пилотов. Проведя ладонью снизу панели приборов, нашла нишу ремкомплекта, и вытащила наружу тонкий кабель интерфейса."
"Техники крейсера, сами того не ожидая, сделали большую услугу Клео, оставив подключенным кабель обмена данными. Погрузив тонкую иглу шунта в разъем технического слота за ухом, Клеопатра коснулась пальцами нескольких сенсоров на экране.
«Соединение установлено».
«Вход во внутреннюю систему корабля — успешно».
Дверь открылась.
— Разрешите, господин генерал? — в кабинет шагнул молодой высокий лейтенант. — Пленник доставлен.
Старцев, расположившись в кресле за рабочим столом, кивнул в ответ.
Компех, вооруженный импульсной винтовкой, подтолкнул в спину невысокого человека. Тот сделал несколько шагов и остановился у двери.
Генерал окинул его взглядом — среднего роста, худощавый, одетый в светло-серый костюм, руки скованы спереди силовыми наручниками. Волосы растрепаны, но на лице не было и тени испуга. Скорее, любопытство, смешанное с удивлением.
Парень осмотрелся, задержав на мгновение взгляд на генерале.
Старцев откинулся на спинку кресла, рассматривая вошедшего.
За три десятка лет он научился разбираться в людях. Со сколькими его сталкивала судьба — и не счесть.