Сделав глоток, я решил переключиться на содовую, но это, естественно, произошло до того, как состоялся мой разговор с опившимся пивом и разгоряченным существом мужского пола. Безостановочно гремела монотонная технопопса — музыку запустили на такую мощь, что возникало неукротимое желание добровольно провести себе трепанацию черепа. С каждой минутой этот костюмированный бал становился все шумнее и разнузданнее.
Насколько мне известно, с тех пор Винс не проводил увеселительных мероприятий подобного масштаба. Но в памяти людской оно, видимо, сохранилось, и Винсу, с уведомлением всего лишь за сутки, не составило труда собрать толпу восторженных типов, призванных стать свидетелями моего унижения.
Слухи о предыдущей вечеринке еще не успели увянуть, и дом был набит буйными типажами, в основном мужского пола, накинувшимися на пунш с таким энтузиазмом, словно до них донеслась весть о том, что первый, получивший от его приема необратимое повреждение мозга, станет обладателем ценного приза.
Скоро вечеринка превратилась в нечто такое, о чем нам предстояло долгое время вспоминать с содроганием. К восьми сорока пяти я был единственным, способным самостоятельно держаться на ногах. Большинство копов, разбив лагерь рядом с чашей для пунша, держали прочную оборону с помощью локтей.
Мне казалось, наступил подходящий момент, чтобы незаметно выскользнуть на воздух и выяснить, не прибыл ли сержант Доукс. Но я ошибался. Едва я успел сделать пару шагов в направлении двери, как на меня сзади навалилась какая-то тяжесть. Я резко обернулся и увидел, что Камилла Фигг вознамерилась охватить мою спину.