Тех, кто от себя что-то добавлял, Евгения запоминала, ставя в мысленном журнале галочку. Например, Малинку, уже притащившую к общему костру ту самую, слегка подвявшую, но пахучую прошлогоднюю редьку.
Ольха и Ромашка принесли козлы, на которые поставили доски, накрыли все это сооружение чем-то типа выбеленной мешковины и принялись расставлять на получившемся столе плетеные туески с серой крупной солью и листьями какого-то сорняка, похожего на китайскую капусту.
Евгения видела, как они надергали его с ближайшего склона, и тоже поставила девицам галочку.
Прибежал запыхавшийся Вик. Оценил сервировку и радостно похвастался, что вопрос с лопатами решен. У прежнего дракона на спине чешуя такая крупная, что ручку приделай – и копай себе «отсюда и до обеда».
– А обед скоро? – сглатывая голодную слюну, поинтересовался парнишка. – А то дядька Матвей велел передать, что без завтрака обеда не бывает…
– Скоро, зови мужиков, – распорядилась Евгения и одобрительно посмотрела, как пацан стремглав помчался оповещать народ о радостном событии.
Девочками она с самого начала стала называть всех – от Бруснички до бабки Резеды. А что? Кто скажет, что они мальчики, – будет бит поварешками!
– Дракон! Дракон! – радостно завопил кто-то из малышей уже минут пять спустя. – Сюда летит!
Матвей, опередив всех, подлетел почти к самой «полевой кухне», организованной чуть в стороне от землянок. Сложного ничего в этом не было – наскоро сложили круг из камней, развели костер, подвесили над ним котел.
Дракон приземлился неподалеку, на первый подвернувшийся камень. Сложил крылья и вытянул шею, как любопытный петух при виде жирного дождевого червяка. Шумно принюхался, одобрительно курлыкнул и на глазах сдулся из ящера в человека. В штанах!
– Натренировался? – ласково поприветствовала его Евгения. – В следующий раз рубаху не забудь надеть. Нечего мне тут девочек смущать.
– Да ладно, как будто на Ялте не отдыхала по путевке, – ухмыльнулся Матвей, и в человеческом теле принюхиваясь к аппетитным запахам. – Там таких видимо-невидимо бегало."
"– Здесь тебе не Ялта и не пляж, – проворчала Евгения, забирая из рук Бруснички здоровенную глиняную миску, больше похожую на маленький тазик.