Я осталась помогать на кухне — прислуживали гостям несколько специально приглашённых лощёных, изящных девушек с безупречными манерами. Я понимала, что пока мои кривые книксены к такому и близко не стоят, так что рядом с господами — лордами в нарядных камзолах и леди с пышными юбками и голыми, не по зиме, шеями и руками — делать мне нечего. Только позориться.
О нас тоже не забыли. Кайра сказала, что нам разрешено выпить по стопке вишнёвой наливки с куском пирога, а ещё в честь праздника всех наградили. Мне передали от хозяйки три серебряные монеты и пожелание стараться не меньше, чем до сих пор.
Второй подарок — маленький бумажный пакетик — оказался привязан белой ленточкой к ручке двери моей комнаты. Сначала, увидев его, я растерялась. Огляделась вокруг — никого. Прислушалась — тихо. Потрогала пальцем — не кусается. Тогда отвязала и взяла, решив посмотреть, что же там такое?
Сначала вытряхнулась бежевая карточка, на которой было написано: «С праздником, Линда.
Я уставилась, не веря глазам. Это — мне?"
"Красивая какая… и дорогая. Точно, дорогая. От кого она, сомнений не возникло. Но что теперь с ней делать? Как я должна поступить? Если мне её подарили, значит ли это, что теперь эта чудесная, пленительная вещь — моя? Или брать такое нельзя и нужно её вернуть? Но, если верну, не будет ли это оскорблением? Отдам назад — а Янис пожалуется на мою грубость, и меня отчитают или, хуже, выгонят.
Ох! Как она мне нравится… как не хочется возвращать… Но лучше б мне её не дарили вовсе!
Положила брошку перед собой и, решив не паниковать, ведь до утра время подумать точно есть, начала размышлять. Вот как было с гостинцами в деревне? Если парень приносил девке сладости с базара, кулёк земляники из лесу, даже цветные ленты в косы, этим он давал понять, что та ему нравится.