Однако оно отнюдь не успокоило ее, как надеялась Эрика, вернее, слишком успокоило, поскольку она даже не подумала отвернуться, когда Селиг вышел из воды."
"К этому времени взошла луна, огромная и яркая. До того как выпить вина, Эрика посчитала это обстоятельство не слишком удачным, но теперь думала лишь о том, что ее великолепный муж, ступивший на берег, словно послан богами ей в дар. Странное желание охватило Эрику, желание дотронуться до Селига, убедиться в том, что он настоящий. А потом… потом ей захотелось снова и снова касаться его.
С трудом осознавая, что с ней происходит, Эрика поспешно вскочила и стиснула мех с вином, словно оружие. Селиг не сказал ни слова, не обнял ее, да этого ей уже не требовалось…
Отвернувшись, чтобы не видеть Селига, она едва выговорила:
– Из-за этой мокрой одежды ты заболеешь.
– Я привез с собой сухую.
– Тогда переоденься.
– Не заставляй меня одеваться, прошу! Я впервые за весь день наслаждаюсь прохладой, – пояснил Селиг. – Все равно меня здесь никто не видит, кроме тебя, а ты уже знакома с моим телом, в одежде или без!
Пришлось согласиться, чтобы не казаться чересчур сварливой.
– Хорошо, – кивнула она.
Ответный смешок был совсем тихим, однако от этого не менее лукавым, и Эрика, не успев опомниться, почувствовала, как его руки скользнули по груди, притягивая ее к мокрому мужскому телу. Она не осмелилась даже охнуть. Голова кружилась, мысли путались.
– Чего ты боишься, маленькая датчанка? – прошептал он ей на ухо. – Того, что заставляешь ощущать меня, или того, что заставляю испытывать тебя я?
«Всего!» – вопил ее разум, но слова не шли с языка.
Одна рука Селига сжимала ее грудь, другая поползла по животу и каким-то образом оказалась между ног, несмотря на то, что Эрика была полностью одета. Его горячие губы неистово целовали ее шею, медленно двигаясь вверх…
Ройс отошел от берега и приложил палец к губам, предупреждая жену, чтобы та не вздумала шуметь. Широкая улыбка освещала его лицо.
– Хорошо еще, что мы заметили его лошадь, – шепнул он Кристен, державшей под уздцы обоих коней.
– Хочешь сказать…
– Вот именно.
– Значит, ты оказался прав. Он даже не способен по-настоящему ненавидеть женщину. Услышав недовольство в голосе жены, Ройс тихо рассмеялся:
– По-моему, я не сказал, что он со своей женой.
– Тут и говорить нечего, после того как Торольф рассказал, что произошло сегодня и как повел себя при этом Селиг.