Кроме того, она еще никогда не встречала такого великана. Но лицо… от него невозможно было отвести глаз… лицо ангела, такое прекрасное, что от одного взгляда на него странно щемило сердце. И впервые за все эти страшные годы постоянных столкновений со смертью на глаза девушки навернулись слезы.
Блит, не знавшая, что Селиг производил такое воздействие на всех женщин, и никогда не видевшая его раньше, могла только оплакивать гибель человека с такой необычной внешностью. Пользуясь тем, что тетка не обращает на нее внимания, девушка опустилась на колени и поднесла руку к его щеке.
– Тетя Волда, этот человек не мертв!
Старуха, не переставая складывать вещи, подняла глаза и спокойно спросила:
– Ну и что? Значит, скоро отправится на тот свет!
– Но на нем ни одной раны!
Волда, кряхтя, поднялась и подошла к племяннице. Она слишком долго трудилась, чтобы перевернуть гиганта, и поэтому точно знала, что он не убит ударом в спину.
– Череп проломлен, – объявила Волда. – От такого редко кто приходит в себя.
– Но он может выжить?
– Да, при постоянном уходе, чего он, вне всякого сомнения, здесь не получит.
– Я могла бы ухаживать за ним, – выпалила Блит.
– С чего бы это? – Волда недовольно поморщилась. – У нас не так много еды, чтобы останавливаться в этом месте. Кроме того, это все равно зряшная затея. Он уже почти мертвец.
– Если можно спасти его, я попробую, – упрямо повторила Блит, снова уставившись на незнакомца."
"– Говорю же, нельзя здесь рассиживаться.
– Тогда мы возьмем его с собой.
– Да ты никак рехнулась, девочка? – Волда раздраженно воздела руки к небу. – К чему нам такие глупости?
– Чтобы спасти его, – просто объяснила Блит.
– Но кто он тебе?
И тут Блит умудрилась найти единственные слова, способные заинтересовать Волду:
– Он наверняка вознаградит нас за спасение, и, поверь, уж не какими-то жалкими медяками, а золотом.