Но живым выбрался только Мудрейший…
— Драконам пришлось применить заклинание, которого не использовали многие столетия, — Малиаз говорил тихо и спокойно, но я чувствовала каким-то внутренним чутьем, что ему не так просто вспоминать прошлое. — Старшие объединили силу в один поток, чтобы закрыть провал. Тогда выгорели все: и мой отец, и дядя. Родня же Хейзеда…
— Мои погибли, когда сражались с темной сущностью, что прорвалась на нашу сторону. Мы не сразу осознали, что произошло.
— Только через несколько дней, когда небо перестало черным пятном нависать над нами, когда нити Ткачей погасли, стянувшись окончательно, стало ясно, чего мы лишились, — вступила в разговор леди Сельма.
— Не осталось никого из мужчин. Только Оракул и рыдающие, раздавленные болью драконицы, и дети. Мы были теми детьми, — все еще глядя в потолок, проговорил Хейзед. — На наши плечи рухнула такая тяжесть, к которой мы не были готовы. На Тинлора водрузили корону, а мы получили в свое распоряжение Гарнизон.
— Мир! — вдруг вскрикнула леди Сельма, заставив всех вздрогнуть. Лицо драконицы было искажено такой болью, что я вдруг с невероятной ясностью поняла, что она так и не оправилась от того потрясения.
Драконица почти сразу взяла себя в руки, но в зале еще какое-то время висела гнетущая тишина. Никто не решался заговорить первым или даже пошевелиться.
— Мы очень многое потеряли тогда, — через какое-то время тихо продолжил Хейзед. — Но вся беда в том, что сейчас ситуация может оказаться хуже. Нас куда меньше, и если тот камень будет найден, нам не удержать. А судя по тому, что мы с Малиазом узнали сегодня, времени почти не осталось. Этот час, что мы находимся здесь, он как передышка перед рывком в бездну, как гонка со временем, где на кону стоит не твоя безопасность, Инг, а куда больше."
"— Но тебе не стоит волноваться, — вдруг улыбнулся Малиаз, поймав мою руку под столом.
— Начиная с того, как я попала сюда, — мрачно заметила, вспомнив свое путешествие из родного дома и до поместья дракона.
— Может, и так. Но теперь-то ты здесь. А значит, мы успеем. Если выберемся сейчас, — Малиаз отодвинул тарелку и поднялся из-за стола.