Мужчина прекращает дёргаться, замирает, но руки в кулаки всё же сжимает. Кривится и хрипло, едва слышно произносит:
— Алекс… Что… Где мы?
Не даю ответить мужчине и говорю сама:
— Все выжившие находятся на корабле драконов. Мы летим на станцию, чтобы передать детей кассов и вас, в том числе. Здесь вы в полной безопасности. Ясно?
Он почти минуту молчит. Алекс тоже. Я проверяю все показатели и собираюсь снять ремни с Марка, как он вдруг говорит:
— Я чувствую левую руку… Но… Я помню, что мне её… оторвало…
На последнем слове он кривится и смотрит на своего друга и напарника.
Александр хмурится, потом запускает пальцы в волосы и с сожалением произносит:
— Всё так, Марк, но… В общем, доктор Мэй поставила тебе протез.
Он недоумённо моргает, затем переводит удивлённый взгляд на меня.
— Проте-э-эз? — растягивает он слово с таким удивлением, будто я ему минимум вместо руки ногу пришила.
— Да, протез, — подтверждаю и поясняю детали, пока пациент не получил новую порцию шока: — Ваш протез не такой как на Земле, Марк.
Умолкаю и смотрю на притихшего Марка.
— Спасибо, док. А сколько я смогу поднимать этой рукой?
Хм. Быстро же он перешёл к вопросам о технических данных своей новой руки. Но лучше так, чем он будет рефлексировать и сетовать на злодейку судьбу.
— Вы сможете этой рукой поднимать вес свыше двухсот килограмм. В протезе ещё есть датчики для выявления уровня радиоактивного фона, окружающего давление, температуры воздуха.
— Твоя рука выглядит круто, — добавляет с улыбкой Алекс.
И чтобы удовлетворить любопытство пациента, убираю ремни. Марк тут же поднимает к лицу свою новую руку. Рассматривает её точно, как ребёнок изучает новую игрушку.