— Кто такой Гамильтон?
Николь подсела к Тоне поближе и перешла на полушёпот:
— Помнишь джентльмена в шляпе, который был одним из членов жюри второго конкурса?
Антонина, разумеется, благополучно бы забыла про него, если бы он не напомнил о себе сегодня, засветившись в очереди за напитками.
— Он тогда ещё сначала раскритиковал мой бизнес-проект, а потом похвалил, помнишь?
Тоня кивнула.
— Это Гамильтон, глава крупного фонда. Он сегодня ко мне подходил. Купил у меня стакан лимонада.
— Угу. Четыре стакана.
— Так ты его видела?
— Такую шляпу сложно не заметить.
Николь пододвинулась ещё ближе. Глаза горели рвущимися наружу эмоциями:
— Представляешь, Линди, он сказал, что всё это время думал о моём бизнес-проекте.
— Ого!
— И сказал, что находит его перспективным, — от волнения щёки Николь покрылись румянцем: — Представляешь? Так и сказал: «Нахожу ваш проект перспективным». Пригласил нас с Шарлотой сегодня вечером в кафе, чтобы обсудить возможность сотрудничества. Попросил взять с собой все расчёты и эскизы.
Глядя на затаившую дыхание подругу, Антонине очень хотелось сказать, что так и будет. И она даже сказала, но предупредила Николь быть осторожной.
— Если речь зайдёт о подписании какого-нибудь документа, читай всё внимательно. Особенно то, что будет написано меленькими буковками.
Хотя кого она учит? Николь, конечно, выглядит милым и наивным ангелочком.
Они разговаривали недолго — Николь пора было бежать готовиться к своей первой деловой встрече.
— Удачи! — пожелала Тоня.
— И тебе, — подруга стиснула руку. — Я пыталась считать, сколько купили у Хлои и у тебя. По моим прикидкам — почти поровну.
Подруга есть подруга: и надежду подарила, но и правду не утаила, чтобы Тоня была готова к любому результату.
"Еремей весь вечер был рядом. Не позволял вставать и обеспечил мёдом и чаями, приправленными флотскими историями. Тоня слушала его вполуха. У неё сердце замирало от мысли, что если проиграла конкурс, то уже сегодня им с Еремеем придётся отправиться восвояси, и она больше не увидит Максимилиана. Хотя какая разница? Не сегодня, так завтра или послезавтра. Белинда ведь вот-вот появится. Но глупое сердце не слушало доводы разума. Оно вымаливало ещё хотя бы один день.