Стараюсь максимально отвлечь человечка. Светлый лучик о который можно погреться.
После обеда, когда с папой возвращаемся к ним домой, прощу навещать Родюшу, передавать допустимые вкусности. То, что он любит узнала, как только вышла от него, записала в закладках.
Глава 40
Бизнесс класс российских авиакомпаний, совсем не такой как в других странах. Несмотря на это и на мои протесты, папа решил излишне потратиться. И теперь я и мои длинные ноги сидим с удобством для наших коленных суставов.
Обцелованная и полностью удовлетворенная в потребности обнимашек.
Так я думала до того момента, пока не увидела ее лучезарную в зале прилета аэропорта. Лыбится, машет мне, высоко подняв руку вверх, качает ею как маятником.
Стоит мне подойти ближе, как подруга на шею бросается, норовит меня в губы поцеловать, успеваю увернуться в последний момент, вскользь края губ касается.
— А вот и моя скромная девочка, — представляет меня своей спутнице. После того как мы сдержанно здороваемся, она продолжает. — Алёна у нас не любит на людях чувства свои проявлять. Зато любит всё живое. Да, малыш? — протягивает мне горшочек с цветком.
Актриса больших и малых погорелых театров. Нашла интересный объект и распинается. Так и дала бы ей в лоб. Но вместо этого забираю свой презент, и беру Нату под руку, под пристальным взглядом новой знакомой.
— Что за цирк? — спрашиваю, когда мы вдвоём остаёмся.
У нас с ней поздний обед совместный, в кафе. Скоро я в вещи влезать перестану, в самолете поела, сейчас кофе с пирожным. С завтрашнего дня начну разгружаться.
Человек я вполне адекватный, как мне кажется. Но сейчас, движимая силой непонятной, касаюсь ладонью своего живота. Там никого. Плоский. Всего лишь мечты наивные.