Дурман

Тогда он был уверен, тогда он ждал этого с нетерпением, а теперь вот не знает, в какую щель забиться.

— Я не забыл, мама."

"— Вот и хорошо. — Софья Игнатьевна, разволновавшись, даже пальцем в него ткнула. А в следующее мгновение возвела глаза к потолку. — У тебя такая жена. Светочка — чудо. Она нас с Андреасом терпит! И тебя, с твоей бесконечной работой! Сына тебе родила, а ты вот так… Неблагодарные вы свиньи!

— Вы — это мужики?

— Да, да, милый, ты всё правильно понимаешь. — И снова направила на него палец с идеальным маникюром.

 — И ты не посмеешь всё разрушить из-за какой-то девки.

— Она не девка, мама.

— Все они… — пренебрежительно фыркнула Софья, но встретила упрямый и предостерегающий взгляд сына, и сочла за благо замолчать. Но весь оставшийся день её взгляд преследовал Алексея. Как назло Андрюшка приболел, капризничал, плакал, постоянно просился на руки, и Алексей после обеда остался дома, в офис не поехал. Весь этот кошмар длился второй день. Поначалу он без конца Ире звонил, злясь на отключённый телефон, и задавался простым вопросом: если она не берёт трубку, почему он не поедет к ней? Плюнуть на все запреты и обещания, и поехать.

Пробиться, если придётся, через её родителей, брата… мужа, если остановить вздумают, схватить её в охапку и увезти. Чего проще: увезти её? Останавливала мысль о том, что будет дальше. Они вернутся — и что? От чего уедут, к тому и вернутся. И тогда он перестал звонить. Теперь только находил свой телефон взглядом, и дёргался, как психованный, когда кто-то звонил. Пару раз даже зажмуривался, прежде чем взглянуть на дисплей. Вдруг она? Но нет, она не звонила. И сегодня он узнал почему. Это было невероятно, но Света сама ему об этом сказала, точнее, сообщила будничным тоном о том, что они с Ирой вчера встретились и поговорили. После этих слов, Алексей застыл посреди спальни, как громом поражённый, смотрел на жену, которая выглядела чересчур спокойной и даже довольной собой.

— Что ты сделала?

— Поговорила с ней.

— О чём?

Света гордо вскинула голову, взгляд стал снисходительным.

— Я с ней не ругалась, Лёша. Мы просто поговорили, я хотела знать, чего она ждёт от, — Света даже руками взмахнула, вышло довольно нелепо, — всей этой ситуации и от тебя.

Он, признаться, нервно сглотнул.

— Зачем?

— Зачем? — Этот вопрос её удивил. — Наверное, затем, что меня это тоже касается. Я пострадавшая сторона. Не Ира, а я. Это мне изменили.

После столько открытого обвинения, он от жены отвернулся, постарался дыхание перевести.