— Ну да, есть такая херня, — ответил мне Кит, расслабленно куря электрическую сигарету на пассажирском сиденье. — Хоть это и общеизвестная инфа, но один хер стоит самому прикоснуться к этом миру, как всё это начинает резко бросаться в глаза, и кажется, будто до до этого такого не было.
И пускай мы уже порядка шести часов вот так вот «патрулируем» выделенный нашему отряду участок города и на протяжении всего этого времени мы безостановочно общаемся с Китом о всякой фигне, но я всё равно никак не могу привыкнуть к этой его манере общения — она слишком уж расслабленная и инфантильная для его двадцати шести лет.
Хотя, вернее будет сказать, это не манера общения у него такая, а вовсе — полноценная манера поведения, ибо даже сейчас он едет на пассажирском сидение, флегматично переодически попивая колу, жуя картошку фри и куря электронную сигарету, пока стажёр, отданный под его начало, в этот момент ведёт вместо него машину.
И это ещё не всё.
Ладно бы он просто сидел на пассажирском сиденье и делал это всё, при этом следя за происходящим на улицах, по которым мы проезжаем, будучи отреагировать моментально, но… это, мягко говоря, не так — он буквально лежит на откинутом назад пассажирском сиденье, пока из окна торчит его правая нога, а на передней панели лежит его левая нога.
Честно сказать, я такое поведение в машине видел только от подростков. Причём далеко не от всех, а лишь от самых «избранных», которым и горы по плечу, как они считают.
Но хоть я это так и выделяю, но по большей части — мне плевать — пускай ведёт себя так, как хочет, пока это не мешает мне. А вот что меня действительно волновало — это…
— Всё, — посмотрев на свои часы и потянувшись прямо в кресле, сказал Кит, — уже двенадцать часов — наша смена окончена — поехали обратно в офис, отчитаемся перед завкомом и расход по домам, спать.
То, что мы весь день, считай, просто так прокатались по городу, даже не увидев ни разу демона или одержимого…
— Хорошо, — угрюмо ответил я, присматриваясь в поисках ближайшего места для разворота.