– А я помогу, – мать буквально отталкивает меня от коляски. – Держи свою корзину, я их покатаю. Тебя вырастила и с внуками справлюсь, – добавляет она уверенно.
Я же на это лишь закатываю глаза. Как она растила, я знаю прекрасно и всячески стараюсь быть максимально непохожей матерью для собственных малышей.
Отворачиваюсь к полкам и сосредотачиваюсь на них. Пусть покатает коляску, раз захотела поиграть в бабушку. Я ее не прогоню, не такой я человек. Единственное, что заранее раздражает – это ее возможное будущее бахвальство тем, какая она хорошая помощница мне.
На удивление заканчиваю закупку в блаженном молчании. Мама больше не лезет ко мне, смиренно толкает коляску и поглядывает на Машу с Мишей. Только раз рискнула заговорить и, конечно, с непрошенным советом.
– Они у тебя дома так и находятся без шапочек, да? Нехорошо это, вдруг застудятся, – произносит в то время, как мы проходим мимо детской одежды.
– Мам, заканчивай с этим бредом. Они уже большие, да и дома тепло.
– Да у тебя просто шапочек красивых, наверное, нет, – восклицает мать, останавливает коляску и начинает рыться в лотке с детской одеждой. – Можно не дома, на улицу наденешь.
– В моем бюджете на сегодня не учитываются новые головные уборы, – замечаю прохладно."
"– Я сама оплачу, будет подарок внукам, – отмахивается мать, воодушевленно продолжая поиски. – И, кстати, связалась бы с Димой, и не пришлось бы так сильно экономить, – она не упускает возможность напомнить основную причину своего появления, но натыкается на мой взгляд и быстро сворачивает эту мысль.
До дома доходим снова в молчании. Мама помогает с продуктами и остается на чай. Меня не спрашивает, просто остается и все. И, кстати, пытается веселить Машу и Мишу. В общем, всячески старается выполнять именно то, что я озвучила.
Я не обольщаюсь, слишком хорошо знаю свою мать. А потому терпеливо жду, когда она приступит к следующему шагу в собственной нехитрой стратегии.
И дожидаюсь–таки. Правда, спустя почти час.
– Катерина, я понимаю, между нами много чего происходило, но я сейчас советую от чистого сердца. Мне вредить тебе невыгодно. И я также как никто другой знаю, каково это растить ребенка одной, – на этой ее фразе я не сдерживаюсь от фырканья. – Детей тяжело растить независимо от того, какой ты человек! – она повышает голос.