Что–то тогда я не бежала к родителям жаловаться на тебя!
– Да потому что ты такая же. И да, ты не бежала, – она права, мы та еще отвратительная парочка, полностью стоим друг друга, всегда стоили, – но сейчас все серьезнее, Вика. Мой отец не примет неродного внука, сколько бы денег не было замешано в бизнесе. Хоть он и ждет от нас ребенка больше года, но неродной ему не нужен.
– Но мы ему не скажем, – Виктория снова сменила тон на заискивающий, – никто ведь не знает, что мы не живем, как муж и жена, практически с начала брака.
– Не знает, ты права, – я спокойно кивнул, – но обязательно узнает. Когда у твоего ребенка не окажется родимого пятна, которое есть у меня и отца, папа обязательно заподозрит неладное. Конечно, оно не у всех проявляется, но ведь давно придуманы более совершенные формы определения родственных связей. В итоге тест ДНК и еще больший скандал, чем сейчас. Так что будь счастлива со своим Пашей, если твой отец не прибьет его, то обязательно заставит жениться.
Выныриваю из тяжелых воспоминаний. То была моя последняя встреча с женой, теперь уже практически бывшей. К счастью, имея брачный контракт, развестись нам несложно. Нужно всего лишь немного подождать.
И отец встал на мою сторону. Наверное, впервые в жизни. И даже спокойно отпустил решать дела самому в наш родной город. В общем, действительность давно не сияла для меня настолько радужными красками.
Глава 27"
"Оказывается, вдали от отца даже дышится по–другому. Легче, свободнее, увереннее.
Проезжаю мимо знакомого двора и не выдерживаю, заруливаю внутрь. Глупо. Столько времени прошло, она наверняка счастливо живёт собственной жизнью. Да и зачем мне наша встреча?
Легкую интрижку я не буду заводить, Катя не достойна такого поведения. Завел один раз, затянул и бросил очень нехорошо. Не такой я плохой, чтобы повторять эту схему.
Но совесть мучает.
Правда, лишь с ней я расстался, сказав, что женюсь на днях, а потому «пока–пока». Да и только она из всех моих многочисленных интрижек отличалась искренней и какой–то даже наивной чистотой. Наверное, потому совесть и требует что–то сделать во имя искупления вины.