Набросился на ее рот как голодный зверь. Впился губами, зубами, проталкивая язык прямо в горло, приподнимая Лену и вжимая в стену всем своим телом. Сдавил обеими руками, ломая любое сопротивление. Осатанел от дикой страсти, от сумасшедшего, неуправляемого возбуждения. Обхватил ладонью грудь и хрипло застонал от ощущения ее упругости и полноты. Пиздец, как его всего трясет. Дернул корсаж платья вниз, обнажая до боли желанную плоть. Сдернул лифчик и затрясся, увидев ее соски. Напряженные, большие, выпирающие вперед.
- Трахну тебя сейчас, Алена…трахну. Трезвую. Понимаешь?
Кивнула и потянулась к его губам своими искусанными губами, но он удержал, осматривая диким взглядом голую грудь, длинную выгнутую шею. Тяжело дышит и молчит, а у него уже нет терпения. И пути назад тоже нет. Чтоб она не сказала уже не отпустит и не отступится.
- Даже если ты скажешь нет… я тебя трахну, поняла?
Глотает воздух и продолжает смотреть, а он рукой ей между проник и сдавил промежность, а потом сразу двумя пальцами внутрь, так что она рот открыла и вскрикнула, закатывая глаза. И он сам зарычал, ощущая кожей ее влагу и жар внутри. Ощущая, как обхватила его пальцы как перчатка.
- Нет…, - выдыхает хрипло.
- Даааа…там мокрое, голодное, жадное да…
Закрывает тяжёлые веки и стонет. А ему жизненно необходимо ее «да».
- Бляяядь, - стенки ее влагалища сдавили пальцы судорогой и у него темнеет перед глазами. Когда войдет в нее членом его тут же разорвет на хер. Он обкончается едва теранется головкой об ее горячую влагу. – скажи да, Алена!
Сильными глубокими толчками пальцев в нее, сам уже стонет и не может сдержаться, глядя как искажается ее лицо, как открывается снова рот в гортанном стоне.