Экологии не вредит.
— А деревья? — хмыкнул Дэвид.
— Это из переработанного материала, так что деревья остаются на месте. Видишь, тут значок?
— Может, посидим у костра? — предложил Дэн. — Я гитару взял.
— Ну костер-то вы мне дадите развести? — пробурчал Хантер.
— Непременно! — похлопал его по плечу Марк.
Томас тщетно пытался завязать разговор с Лео, омега ни в какую не хотел идти на контакт и постоянно замыкался. И вообще был сосредоточен только на своем будущем муже. Жался к нему, как кот, оплетал своими руками и грел бока.
Дэвид разбил костер и подтащил к нему стулья, расставив по кругу.
— Как будто обряд будем совершать, — развеселился Марк.
— Обряд песнопения. Лео ведь у нас прекрасно поет.
Лео поет, Лео готовит, Лео рисует, Лео экономист.
— Томас тоже поет, — вспомнил про мужа Далтон.
— Да? Что ж, но я знаю только любимые песни Лео. Томас, ты заказывай, если что. Или подпевай, если знаешь.
Песни Том знал, но петь не хотелось. Настроение к пению не располагало. Лео пел приятно, но с ошибками, которые Хейли невольно для себя отмечал. Марк сидел рядом и в отражении его глаз плясали языки пламени. Наверное, с глазами Томаса происходило то же самое.
«Ничего, так ничего», — Том поставил ступни на стул и подтянул колени, водрузив на них подбородок и обняв голени руками.
Лео пел что-то грустное, на испанском. Пальцы Дэна ловко перебирали струны.
Облокотившись на большой валун, на берегу курил Хантер. Томас решил обойти его стороной, но Дэвид успел его заметить.
— Томас Хейли, — окликнул Хантер.
Омега неохотно подошел ближе.
— Томас, — Дэвид смотрел куда-то вверх, затягиваясь сигаретой. — Марк мне все равно не скажет.