— Пора начинать представление, — произнёс я, активируя пространственное кольцо.
Артефакт откликнулся на мой зов, канал открылся, и две огромные фигуры вырвались наружу, материализуясь из серого сияния."
"Фирата появилась первой. Гигантская песчаная змея длиной более пятнадцати метров, с головой, возвышающейся на высоте десяти метров. Её чешуя отражала последние лучи солнца, создавая впечатление, что тело покрыто жидким металлом.
Следом появился Тарим — массивный степной ползун, не уступающий сестре в размерах.
Появление этих чудовищ вызвало замешательство в рядах солдат имперских солдат. Строй дрогнул, некоторые солдаты отступили на шаг назад, крепче сжимая оружие.
Лахтина уже стояла рядом со мной, её тело начало меняться. Она приняла зелье против некромантической энергии заранее, и теперь трансформация шла полным ходом. Кожа покрывалась трещинами, словно сухая глина, обнажая новую — блестящую, хитиновую.
Особенно впечатляющей была метаморфоза нижней части тела. Она удлинилась, образуя много сегментный хвост, оканчивающийся загнутым жалом размером с саблю. Жало сочилось ядом, капли которого шипели, попадая на землю, оставляя выжженные пятна.
Через минуту перед имперцами предстал гигантский глиняный скорпион высотой почти четыре метра, с восемью конечностями, оканчивающимися острыми когтями.
Я повернулся к своим монстрам. Сознание фиксировало каждую деталь происходящего — лица солдат, положение офицеров, расположение орудий. Мысли текли холодно и чётко, как ртуть.
В лагере имперцев поднялась суматоха. Солдаты, увидевшие трансформацию, в ужасе отступали, многие бросали оружие и бежали без оглядки. Офицеры пытались восстановить порядок, выкрикивая команды, но паника уже начала распространяться.
А затем появились Перевёртыши. Изольда, Елена и Вероника — уже не люди, но и не совсем монстры. Их кожа начала потемнела, будто окунули в чернила. Волосы, напротив, стали ярче, светлее, почти белыми, и начали двигаться самостоятельно, как живые щупальца.
По всему телу проступила мелкая чёрная шерсть, похожая на крысиную. Глаза затопила карамельная муть, превращая их в жуткие омуты без зрачков. Уши удлинились и заострились, как у летучих мышей.