Информация на вес золота.
— Ты… ты… — руки мужика затряслись. — Ты смеешь?..
— Ага! — кивнул, растягивая губы в улыбке, которая едва не достигала глаз. — А что вы ждёте от непризнанного аристократа, его рода и земель? Когда мне закрывается въезд в страну, заставляют страдать людей не только на моей территории, но и в Енисейске… — сделал паузу, наслаждаясь каждым словом, как гурман — хорошим вином. — Какой же нужно быть мразью…
— Молчать! — вскочил Жмелевский, и стул с грохотом упал на землю. Лицо его покраснело, вены на шее вздулись, как канаты.
— Вашем, не моём, — пожал плечами с такой небрежностью, словно речь шла о чужом домашнем питомце.
Свежий ветер разметал мои волосы. Где-то вдалеке каркали вороны. Я задумчиво посмотрел вдаль. Прохладно…
— Передайте своему монарху, что я жду долг, который он обязан мне вернуть. Попытки сделать вид, что на момент выдачи документа Енисейск уже не был в его владениях, только ослабят власть. Хотя, может быть, он этого и добивается.
Забрал документ и вернул в пространственное кольцо. Ну, любезностями мы обменялись, засим собрание окончено.
Встал, отряхнул невидимые пылинки с костюма. Отвернувшись, поморщился, позволив себе эту маленькую слабость, когда Жмелевский уже не мог видеть моего лица.
Значит, император решил жёстко ответить, ему плевать на какой-то маленький городок, людей. Пропаганда не сработала, и он решил надавить. Голодом, изоляцией… Старая как мир тактика — осада.
"Но ничего, и на этот ход у меня предусмотрены действия. Как в шахматной партии, всегда думай на несколько ходов вперёд. Вот только теперь придётся всё отложить и отправиться в поход. Приоритеты меняются, но не цель. Сначала узнаю, что тут делает Сосулькин.
Снова машина, и мой кортеж отправился дальше к армии, которая тут встала. Шины мягко шуршали по гравию, двигатель работал ровно и тихо. Мысли крутились в голове, как волчок, не желая останавливаться.
Раз так, то формально Енисейск уже можно считать моим. Его бросили, и, уверен, все, кто там живут, быстро перейдут под моё начало. Страх перед неизвестностью сильнее, чем верность отдалённому императору.
У меня появится много территорий и людей, но и ответственности. Ответственность — вот, чего обычно боятся те, кто стремятся к власти. Они хотят привилегий, но не бремени.
Я, конечно, могу бросить жителей.