– Надеюсь, до этого не дойдет, – без намека на улыбку ответил граф Дин. – Для этого у меня есть специальные структуры опознавания, которые легко отделяют правду от лжи. Мне не надо будет от вас искренних братских чувств или чтобы вы полюбили меня, как отца родного. Главное, чтобы каждый из вас дал твердое слово никогда не начинать агрессивных действий в моих мирах.
– Зря волнуешься! – воскликнул Мельник, перед тем придержав пытавшуюся что-то сказать Наталью. – У нас своих забот хватает, да и миров предостаточно, на всех хватит с избытком.
– Нет! Только после праздничного пира! – категорично заявил Дмитрий. – Хотя если вы не желаете с нами сидеть за одним столом и вкушать яства наших кулинаров, то можете скоротать время во внутреннем дворике. Как только пир закончится, я к вам выйду. Долго задерживать не стану: несколько минут на каждую пару, и отправляю по двое через только мною контролируемый канал в межмирское пространство.
Лидеры переглянулись и одновременно кивнули. Лучезарная картинно раскинула руки и с пафосом воскликнула:
– Мы готовы ко всему! Веди нас, о, наш спаситель, за собой! И пусть короли и императоры падут ниц пред твоими стопами!
Это был камешек в огород Бонзая Пятого, который безропотно как бы сложил с себя командование корпусом и показал, что он полностью подчиняется Торговцу. Монарх догадался о попытке его позлить и только кисло улыбнулся, показывая другу жестами: «Да все в порядке, зря она старается!»
Светозаров, хоть и вздохнул внутренне с некоторым облегчением, заметив тянувшихся в тылах раненых, громкости и строгости в голосе не убавил:
– Тогда посторонитесь и дайте возможность пронести раненых.
Те двинулись вперед сквозь расступившуюся толпу и вскоре образовали широкий коридор. Когда рыцарь открыл решетку, воины понесли туда раненых на носилках, а легкораненые пошли сами.
Торговцы при этом вполне дисциплинированно стояли, поблескивая глазами и оживленно переговариваясь. Вероятно, решали, как им действовать дальше.