Его моложавый и страшно деловой тесть так спешил в Вельгу, что даже на ночь не остановился, а следовательно, придется сразу устраивать запоздалый ужин, переходящий в торжественный завтрак.
Разве что практичная Власта, перед тем как умчаться на встречу с родителями, братом и сестрой, поинтересовалась:
– Дин, а пиршественные блюда можно есть? Ведь столько всего наготовлено!
– Не только можно, но и нужно! – успокоил ее друг семьи. – Они совершенно безвредны, а белая таблетка помогала только не уснуть после включения усыпляющего устройства, ничего более.
Потом появился Крафа. Он захватил добрую треть всех ссыльных и унес их в мир Грез. Когда же он вновь возник рядом со Светозаровым, тому докладывал придворный целитель:
– …как ни странно, она жива. Повреждений много, но ничего критического нет, в любом случае мы ее на ноги поставим.
Это он так говорил после осмотра Натальи Кох, которая после впечатляющего удара о стену все-таки сумела вяло пошевелиться, подавая признаки жизни. Наверное, любой другой человек после такого столкновения отдал бы душу богу или дьяволу, а древняя леди умудрилась спастись, огородившись защитными оболочками.
А вот ее собрату по стану ортодоксов Цуммеру не повезло. Вилка успела повредить мозг, и когда попытались оказать первую помощь, спасать было уже некого. Экспансивность и неконтролируемая ярость сыграла с Мельником плохую шутку. Прожить полторы тысячи лет, пережить войны и многовековую ссылку, а тут, на пиру, глупо погибнуть, упав на вилку в собственной руке.
Зато его главный противник после такого известия вздохнул с явным облегчением:
– Давно его казнить следовало… сразу после поимки. Да все данное слово не позволяло. А тут все само собой получилось… Жалко, что и с этой ведьмой подобного не произошло. Опять будет в поселке всех остальных ссыльных своим менталом зомбировать.
– Не будет, – заявил граф Дин. И, увидев, что союзник удивленно вскинул брови, пояснил: – Отдам ее своим Арчивьелам и одной очень магической родственнице.
– Вот именно, другой, – поморщился с досадой Крафа. – Никогда не практиковал такого и не разрешал вести разработки в данном направлении. Гуманнее казнить человека, чем сделать такое. Тем более что я убежден: даже перевоспитание в иной среде не в силах вывести разумное создание на праведную стезю в жизни.