Никто из девчонок слыхом о нем не слыхивал.
– Я думал, женщины не прочь поговорить о своих парнях.
– Я тоже так думала. О тебе я всем разболтала сразу. Милка оказалась куда сдержаннее.
– У нее была причина держать язык за зубами, разве нет? Именно поэтому никто о Мише и не знает.
– С Берсеньевым никому из подруг тоже не удалось свести знакомство. Конечно, он крутой бизнесмен, но ты еще круче, однако за пару месяцев перезнакомился со всеми моими подругами.
– Это потому, что ты остро нуждаешься в их обществе.
– Если честно, не особенно.
– Нет бы ответить: когда ты рядом, мне никто не нужен.
– Это ты сказал или я?
– Господи, – фыркнул Славка, – и почему я до сих пор не послал тебя к черту?
– Вот и я думаю: почему? – Вышло излишне серьезно, и я поспешила широко улыбнуться.
На следующий день я наконец-то дозвонилась до Веры, Милкиной подруги, с которой они вместе работали у Берсеньева.
– Слушай, у меня вечером встреча, – заныла она.
– О Милке, естественно. Пытаюсь своим умом дойти, кому она перешла дорогу. Вот и пристаю к людям с вопросами. Толку от этого ноль, но на душе как-то спокойнее.
– Понятно, – вздохнула Верка. Девкой она была доброй и теперь наверняка прикидывала, как со мной поговорить и не угробить на это вечер. – Знаешь что, приезжай в офис. Я сейчас кабинет ни с кем не делю, поговорим спокойно, кофейку попьем. А вечером правда не могу, с мужиком познакомилась в выходные, сегодня наконец позвонил… – Весело хихикая, она поведала мне историю знакомства, а я вдруг подумала: жизнь продолжается.
"Вера просила зайти ближе к обеду, и я отправилась в офис Берсеньева пешком. По дороге заглянула в магазин, примерила блузку и туфли, в общем, тянула время. Вышла на улицу, сделала пару шагов и ошалело замерла. Из ресторана напротив вышел Стас. Оглянулся, достал из кармана пиджака темные очки и направился к припаркованному неподалеку джипу.
Я попятилась, чтобы он меня не увидел, не сводя глаз с его машины. Уезжать он не спешил, окно со стороны водителя опустилось, Стас курил, судя по всему, кого-то ждал. «Может быть, Настю? – подумала я. – Какого черта он вернулся? Ведь знает, как это опасно.