Но и эта тема его, помню, волновала. Хотел для начала чуть-чуть встать на ноги.
Про то, что он хочет предъявить условия, вообще молчу. Тут ни единой мысли. Он не был подонком или корыстным. Изменился? Нет, я до последнего в это не поверю."
"Снова чувствую себя двадцатилетней. Так, надо бы выдохнуть, взять себя в руки и идти к своим.
— Ма, а где папа? — первое, что я слышу в прихожей.
И как тут сохранять хладнокровие?
— Зайчик, ты еще не хочешь кушать? Потом пособираем пазл.
Уже привычно перевожу тему.
— Разогрею курицу, Вер.
Это уже говорит мама. В прошлом году ей исполнилось шестьдесят, и она не работала ни дня в своей жизни. Естественно, в пенсионном возрасте ей трудно найти дело. Зато она охотно взяла на себя быт и помогает мне с дочкой.
Взрослым детям непросто жить с родителями. Но даже при жизни отца мне было все равно. Где находиться, что делать… Крупицы счастья я черпала только в дочке. Голову позже стала занимать работой.
Альке было хорошо за городом, она любит бабулю. Писать я могла — комнат в доме куча.
Мама — красавица. Поэтому ее и выбрал отец. Мне досталась ее стройность и волосы. На лицо я вроде бы тоже мила, но у мамы прямо-таки идеальные черты. Аристократия, порода… Как это еще назвать? Папе льстила такая красота супруги. Он даже простил ей, что она долго не могла родить.
А еще ему был удобен ее характер. Мама боялась шаг сделать в сторону от его мнения. От его приказов.
Нет, физически он нас не трогал. Но считал марионетками, которые должны повиноваться ему.
Подростком я начала с ним спорить. Поступила не в тот институт — это он проглотил. Ведь место курицы-женщины все равно дома. Это я сейчас понимаю. Он мечтал выгодно пристроить меня замуж! И в мою личную жизнь, несмотря на все протесты, вмешался по полной…
— Да, мам, давай накрывать.
Наследная квартира мамы вполне неплохая, но гораздо тесней особняка.
— Сделала салат, курицу и немного картошки для Али. Можешь и ты поесть, там хватит.
Мама по привычке бережет фигуру.
— Посмотрю. Сильно нет аппетита. Давай, помогу накрыть.